Двор, в котором жила Наташа показался неожиданно. Он был таким же уставшим, грязным и ушатаным, как и остальной город. Вокруг серых панельных пятиэтажек расположились высокие старые деревья, покорёженные металлические заборчики, выглядывающий повсюду мусор и множество машин. Среди последних было немало приличных и современных, что заставило меня по-новому осмотреться по сторонам.

Да, во дворе ещё есть ржавая беседка без крыши; какие-то запасные колёса, сваленные в кучу; размещённые напротив дома приземистые кирпичные гаражи, часть из которых давно не открывалась. Но здесь также заметны и позитивные моменты. Аккуратно выкрашенные ворота, современная детская площадка, пластиковые окна в домах, за которыми проглядывается вполне себе приятная и аккуратная обстановка.

«Здесь можно нормально жить. Нужно только к этому стремиться — подумала я, ощущая, как от смущения горят уши — Приехала Москвичка, голову задрала от гордыни своей и всё хает, всё ей не нравится. Словно здесь не обычные люди живут, а какие-то аборигены. Хотя, конечно, стоит учитывать, что Нижнеямск действительно не мой город и оказалась я тут не по своей воле».

Затем взгляд зацепился за нужный подъезд, где стояла коричневая, побитая жизнью ржавая дверь и я решила сильно себя не ругать.

«Хотя тут, конечно, нужно многое поменять».

Оказавшись в обшарпанном зелёном подъезде, исписанном различными нецензурными письменами, я тут же поспешила вверх, чтобы уйти от запаха канализации, исходящего из подвала. Ноги на автомате вели меня на четвёртый этаж и очень скоро я остановилась перед квартирой номер двенадцать. В которой, судя по воспоминаниям, и проживала Наталья с родственниками.

Без особых эмоций осмотрев ещё крепкую деревянную дверь, когда-то давно покрытую лаком, я решительно нажала на кнопку звонка.

'Не впечатляет, но, с другой стороны, всё могло быть гораздо хуже. Какой-нибудь барак без ванны, но с печным отоплением и туалетом на улице.

Спустя десяток секунд до моего уха донеслось чьё-то неразборчивое бормотание и ругань, от которых шея непроизвольно втянулась плечи.

«Реакция Наташи на любимую, в кавычках, бабушку — поняла я, тут же увидев некоторые неприятные воспоминания, связанные с этой пожилой женщиной, и рассердилась — А вот это правильный настрой. Так и надо. Сейчас мне нужно быть злой, собранной и готовой к активным действиям. Моё привычное вежливое поведение в этом месте явно будет воспринято как слабость и я могу сильно пожалеть, если стану вести себя подобным образом».

Дверь со скрипом открылась и на пороге показалась худая, помятая старуха в застиранном замызганном халате, от которой разило немытым телом, потом и сивушными парами.