А второе, наоборот, медленно пробивалось сквозь ее броню тихим и знакомым теплом. Ей до безумия хотелось поговорить с Мари - услышать её болтовню и немного забыться, словно в старые добрые времена.
"Мне уже лучше, по крайней мере, лучше чем было, - напечатала Селин. - Голова все еще болит , но не так частно как раньше. Боль немного отступает, хотя слабость все еще сильная."
"Тебе что-нибудь нужно?"
"Все в порядке, не переживай. Правда. На самом деле я хотела извиниться за то, что я тебе сказала тогда, в последний твой визит. Мне очень стыдно."
"Не нужно извиняться! Это мне стоит извиниться, я была слишком навязчивой. Я просто очень переживала. Ты не представляешь как я рада, что ты ответила! Я так скучала по тебе. Могу я приехать к тебе на днях?
Селин замерла на секунду. Внутри всё сжалось от подступающей тревоги, пальцы слегка похолодели и сердце забилось чаще. В голове была единственная мысль - "Нет, я не готова, я не смогу смотреть ей в глаза". Селин зажмурилась, делая медленный, глубокий вдох, пытаясь подавить нарастающую панику и вернуть контроль над собой. Сдержать эту парализующую тревогу оказалось не так просто, тело будто не слушалось ее.
Сделав еще один вдох, она принялась неуверенно набирать ответ:
"Не думаю, что пока могу. Самочувствие всё еще плохое, я очень быстро устаю, даже от разговоров, очень часто сплю и врачи говорили, что мне нужен покой...думаю стоит немного подождать с поездкой?
Прошлое.
"То, что происходит в одно мгновение, может запечатлеться на всю жизнь». Марк Леви.
Когда им было по шесть лет Селин и Лили любили коллекционировать фантики от конфет, красивые гладкие речные стёклышки и необычные ракушки, складывая свои первые «сокровища» в небольшую жестяную банку из-под любимого печенья.
В девять они коллекционировали засушенные между страниц книг полевые цветы, билеты из кино и магниты, привезенные дядей Эндрю из других стран.
В двенадцать они коллекционировали тайные записки, написанные на обрывках тетрадных листов, вырезки и наклейки с любимыми артистами и первые секреты, о которых нельзя было говорить взрослым.
В пятнадцать лет они коллекционировали кадры, сделанные старым плёночным фотоаппаратом, банкноты и монеты, билеты с концертов и кино, в которые они уже ходили вместе с друзьями.
В девятнадцать они коллекционировали постеры с инди-фестивалей, виниловые пластинки и миниатюрные книги, найденные на пыльных полках старых антикварных лавках.
Они аккуратно складывали все эти вещи, дорожа каждым обрывком воспоминаний. Это была их личная капсула времени. Порой они открывали коробку и могли часами разглядывать свои «сокровища», с улыбкой вспоминая каждый момент и предаваясь ностальгии. Возможно, когда нибудь, они покажут эту коробку своим детям, расскажут о каждом предмете и глядя на это, их дети тоже захотят запечатлить моменты своей жизни. Таков был план.