Гро-Бак и другие ушастые сумели дать достойный отпор, однако исход битвы оставался неясен. Эльфы погибали один за другим, и я просто не мог на это смотреть. Все-таки степняки ходили под моим началом, под моей ответственностью. Я определял их судьбу, а значит, оставался виновным в их радостях или горестях. Не говоря уже о том, что каждый раб стоил немалых денег! На моих глазах рушилось целое состояние!
Мой гнев достиг точки кипения. Такого момента, когда мне стали безразличны собственная судьба и сохранность.
— Я не позволю вам убивать моих рабов! — проревел я и поднялся из-за деревянного борта крыши повозки.
Разбежавшись по деревянному настилу, я оттолкнулся от края и взвился в воздух, крепко сжимая свой зачарованный клинок. Время словно замедлилось. Мне даже показалось, что я научился управлять ветром, и воздушные потоки поддерживают меня, двигая в нужном направлении. Хотя цель моя замешкалась немного, все равно попасть по движущемуся всаднику было невероятно тяжело. Доспехи Бранша выглядели серьезными и прочными, поэтому я выставил меч чуть выше, целя в основание шеи, которая была закрыта только кольчужной бармицей.
Пролетев несколько метров, аки пикирующий коршун, я всадил зачарованный клинок сверху в заднее основание шеи. Воин успел лишь издать сдавленный вздох. Меч вошел глубоко в людскую плоть. Удержаться за рукоятку меча или зацепиться за седло движущегося гурда мне, разумеется сноровки не хватило. Я ударился ногами о круп лошади, меня всего развернуло и перекрутило в полете. По инерции мое тело полетело дальше, а голова столкнулась с задним бортом одной из повозок. Затем шумы сражения затихли, мир вокруг поглотила мгла.
[Лиетарис Ал Тарде’Неску]
День не заладился с самого начала. Мрадиш вздумал провести детальный досмотр ее тела. За подобные домогательства она бы снесла мужчине голову без раздумий, однако ошейник не давал ей это сделать. Хоран принял решение поменять ошейник на стандартный, чтобы проверить способности эльфийки в боевой обстановке. Лиетарис наконец могла вздохнуть полной грудью. На разум не давила проклятая магия подчинения. Не так сильно, по крайней мере. Сознание прояснилось, эльфийка получила возможность глубже вникать в происходящее и принимать нестандартные решения.
Становиться рабыней фентларцев она не собиралась. Баронство вело войну с соседями, так что участь Лии будет незавидной. Нравы среди солдатов примитивны и грубы. Мрадиш же относительно безобиден с учетом его проклятья. Лия считала, что из его плена освободиться будет проще, нежели из лап барона Ганишеда. Надо только дождаться подходящего момента.