— А что не так с супругой сударя Динклера? — поинтересовался Хоран.
— Случился тут один инцидент, — вздохнул кузнец.
— Я просто решила раздеться, потому что в кузне очень жарко, — пояснила Красная. — Один фартук и шорты оставила… Но тут пришла жена господина Динклера и набросилась на меня. Якобы я ее мужа соблазнить пыталась. Больно оно мне надо! Я всего лишь хотела не свариться в этом пекле! Чуть глаза мне не выцарапала…
— М-да, некрасиво получилось, — почесал шею кузнец.
— Выходит, в кузнице ты не прижилась, Ниуру, — резюмировал Мрадиш.
— Только вы, мастер, можете спасти меня из этого ужаса. Обещаю, я буду полезна в пути! Освою мощную огненную магию, буду разводить костер и готовить. Буду ухаживать за мастером и постараюсь реже злословить… Буду дарить мастеру только одни комплименты, ведь он такой за… замечательный и великодушный, — с трудом выдавила из себя похвалу Ниуру. — Во славу огня…
— Наконец-то ты осознала все величие Хорана Мрадиша, кши-ши-ши, — довольно проговорил работорговец. — Учись, Лиечка.
— Итак, сударь Мрадиш, — взял слово кузнец. — Готовы ли вы выкупить обратно Красную эльфийку? Так и быть: ради нашей доброй дружбы мы согласны вернуть вам Ниуру за ту же самую цену. Тридцать золотых монет!
— Побойтесь Богов, — ахнул Хоран. — Где ж я вам столько денег достану?
— Разве вы не приобрели Степных эльфов? Слышал, что они стоят дорого.
— Да это помешанные на ненасилии дикари, их задорого не продашь. Поиздержался я: оружие, мазь волшебная, артефакт полезный купил. А в Диртваене их никому и не продашь за нормальную цену.
— Сколько вы готовы заплатить за Ниуру? — уточнил кузнец.
— Пятнадцать монет наскребу, быть может… — отметил Хоран скупо.
— Издеваетесь⁈ Мы отдали тридцать золотых за Красную эльфийку, а также скормили множество осколков во время работы в кузне. Рассчитывали в кратчайшие сроки развить ее дар до хорошего уровня. Мы много средств вложили в Ниуру. Эльфийка стала сильнее, чем была раньше!
— Интересно… Но других покупателей найти не удалось?
— Придется ехать в столицу, а это несколько дней пути туда и обратно, — пожаловался Динклер. — Уверен, мы бы могли продать ее и за сорок монет, вот только время мы ценим значительно больше.
— Да, я стала намного сильнее, мастер!
— Степняки много едят, нам надо докупить провизии в дорогу…
— Вы хотели продать меховые сапоги, мастер, — вклинилась Лиетарис.
— Точно! Всегда есть, что продать! — поддакнула Ниуру.
— Лия, не влезай в торги, когда уважаемые люди ведут беседу, — хмуро откликнулся Мрадиш. — А ты, что скажешь, Ниуру? Готова ли дать слово, что будешь всячески оберегать нового мастера и не будешь пытаться убить меня?