Подошел ближе — присел под самым крайним кустом на опушке, и убедился, что вижу именно погонщика дрона. Тот стоял с пультом на животе, спиной к лесу, и был сильно увлечен моими поисками. На голову капюшон накинут, и одежда такая, молодежная. Без формы. Как мешок.
Одно — не считая смешной машинки, конечно — смутило: наблюдатель выглядел каким-то щуплым. Как подросток. Или взрослый, но больной последней стадией анорексии. Еще и гномик. На глаз его рост определялся в метр сорок — метр пятьдесят. По сравнению с моими два ноль пять — вообще какой-то карлик.
Глухой, слепой и совершенно без чувства самосохранения. Инвалид, короче.
Оружия не разглядел. Потому и свое доставать из кобуры не стал. Тихонько подкрался со спины, толкнул под коленку опорной ноги, и резко дернул за плечи назад. Погонщик пискнул и опрокинулся на спину. И мне оставалось лишь зафиксировать локти коленями, и сдернуть капюшон. Потом ругнулся и отключил маскировку комбинезона. Как выяснилось, воевать тут было не с кем. На земле, вытаращив голубые глаза, лежала, и боялась даже дышать, молоденькая девчушка.
— Тебе мама не говорила, что подглядывать нехорошо? — скривился я.
— О! — вдруг воскликнула девушка. — Господин полковник! Я вас нашла!
— Э-э-э, — даже несколько растерялся я. По моему разумению, все было с точностью до наоборот. Это я ее нашел. — Разве я терялся?
— Ну да, — с энтузиазмом закивала та. От чего билась затылком о землю. Нормальная? Нет? — Я за вами Дрошу отправила, а вы вдруг взяли, и пропали. Я уж подумала: не случилось ли чего. Все-таки это лес. Дикая природа, и все такое.
— Ладно, чудо, — вздохнул я, вставая, и отпуская «пленного». — Ты кто такая? И зачем следила за мной?
— Я специальный корреспондент Аврорского планетарного канала галовидения. АПК. Слышали?
— Прям — корреспондент? — усмехнулся я. — А где твоя съемочная группа? Да и не молода ли ты для специального корреспондента?
— Ну, я в штате, — девчуха села, поправила челку, и смутилась. Причем одновременно. — А чего они⁈ Я им одну идею, вторую. А они? Иди, говорят, учись. Или такое интервью принеси, чтоб больше ни у кого не было, и всем интересно было. А тут вы на планету прилетели. Ну я и вот.
— А-а, — кое-как расшифровал я этот поток сознания. — Ну и вот — она. А чего просто на коммуникатор не позвонила, да встречу не попросила? Я в Лунебурге несколько дней жил, время свободное было.
— Так вам Управляющий лес отдал! — сверкнула очами тележурналистка. — Это же сенсация! Последний лес континента в руках военного!
— Пф. Да кому это интересно? — отмахнулся я. — Глянул я в отеле это ваше галовидение. Редкостная хрень. Новостные программы еще как-то можно смотреть. А все остальное — бардак, блядство и бред наркомана. И реклама через каждые пять секунд. Такое ощущение, что народ больше всего интересуется — надела звезда инфлюэнца трусы перед церемонией награждения «Лучшей песни года», или таки нет. Стыдоба.