— Ни Матвея, ни его железяки. Значит, там был Истинный… — задумчиво пробормотал государь.
— А Истинный, да еще и убивец редкий, у нас, батя, всего один. Да и в мире, может быть, тоже.
— Думаешь, его подставить хотят?
— Нет, отец. Мне Кейн по душе, да и Кристина, чтоб ты там не говорил, мою шкуру уберегла, но до такого бы только Крутов додумался, а насчет него Дайхард был прав тогда на приёме — ни хрена князь не мог в плане чистой силы. Ни наемников, ни ума, ни соображения. Он в своих махинациях ублюдка постоянно задействовал — Михаила, а там вообще обычный лоботряс, каждый второй простолюдин лучше. Так что нет, это может быть только Кейн.
— Только Кейн, да…? — дёрнул щекой император.
— Только он. Что мотив, что возможности, что алиби. Мать, конечно, сама доигралась, но…
— Ну и… что делать будем, как думаешь?
Принц глубоко задумался, не обращая внимания, как его отец эгоистично наливает сам себе. Вопрос был очень и очень интересный.
— Вот если бы он мать, ну, такую вот, не оставил… — наконец, протянул Андрей, — … тогда б я сказал, что Дайхарда нужно упокоить. Но он оставил. Мотоцикл забрал, тело Матвея забрал, а мать оставил. Почему? И как он вообще подобное сотворил?
— Как — не знаю, а «зачем» — очень хорошо понимаю, — вздохнул Петр Третий, вставая с места и подходя вплотную к фигуре полноватой женщины, состоящей из прозрачного камня, сверкающего десятками тысяч граней. Раньше она была скрывалась в целом литом шаре потрясающе чистого стекла, но извлечь императрицу оказалось плевым делом. Совсем другой вопрос был в том, во что её саму превратили…
Далеко не в стекло.
— Это, Андрюша… — похлопал император по заду кристаллической женщины, — … нам одновременно и откупные, и предостережение. Намек, что нет никакой защиты от этого засранца. Даже этой расхваленной «королевской» не хватило, князюшко наш минут за десять управился. Положил всех, превратил её, а затем, на выходе, походя ушатал самого Парадина. И был таков.
— Даже так⁈ — с некоторым сомнением старший сын воззрился на своего задумчивого отца, — Ты что, бои…
— Щас твой язык тебе же в задницу запихаю, — ласково проговорил император, — и скажу, что так и было. Молчи и слушай. На принцип мы не пойдем, незачем. Повесим на Крутова — пущай, собака, дальше бегает, пока не поймают. Награду там объяви за него. А я Тернова-старшего вызову, да Азова, договорюсь с ними полюбовно. Обо всем хорошем, но, чтобы Кейна на Руси больше не было! Ни проездом, ни заездом!
— Гм, — выдал задумчивый звук Андрей. Его такой исход… устраивал. Не то чтобы совсем, но береженого, как говорится, бог бережет. Если так подумать, то князь Дайхард и пальцем не тронул Николая, хотя тот, по словам свидетелей, нарывался активно. Нет, тут искать надо.