— Слушай. — подозвал меня дежурный и понизил голос до заговорщицкого. — Все-таки Кандель мой прямой командир. Я пропущу тебя без очереди, но, если там что-то важное, обязательно скажи, что я пошел на должностное преступление ради этого. Так и скажешь: «Кол сделал это ради Вас». Понял?

Я стал обладателем строгого и требовательного взора.

— Конечно, господин Кол. — я снова изобразил поклон. — Если там будет плохая весть, я Вашего имени не назову.

— Смышленый! — кивнул стражник. — Ну, тогда беги. Куда идти знаешь?

— Нет, господин. — все-таки его губы разъехались, и на лицо наползла маска удовольствия.

— Пройдешь по этой улице и увидишь церковь, сразу за ней завернешь направо и там по прямой, уткнешься в казармы стражи. Понял? — внимательно посмотрел на меня дежурный.

— Да, господин! — отрапортовал я и вытянулся по стойке «смирно».

— Ну, беги. — воин повернулся к наряду и что-то прокричал.

Я спокойно прошел через ворота и отправился по указанному адресу. Все-таки только глупые люди разбрасываются оскорблениями или требуют внимания к своему вопросу. Говорят, смелость города берет? Тогда, вежливостью я покорю королевство. Ага. Вот и казармы.

— Куда прешь? — остановил меня тучный охранник на входе.

— У меня письмо для господина Канделя! — я показал измятую бумагу.

А сам внимательно изучил местного консьержа. Уж слишком он… большой. В сидячем положении охранник был больше похож на стог сена, а не на воина. Темные жиденькие волосы обрамляли мясистое красное лицо, а широкий, расплывшийся, нос занимал чуть не ле все пространство.

— Не положено! — остановил меня мужчина. — Я сам передам.

— Лично в руки! — возмутился в ответ, пряча бумагу. — Какие процедуры мне требуется пройти, чтобы доставить письмо?

— Никто тебя не пустит к господину! — начал багроветь стражник. — Ты вообще кто такой? А вдруг убийца?

— Доложи своему командиру, что прибыл простолюдин Ал с очень важным посланием от господина Бирика Ван Адван. — произнес спокойно, решив зайти с другой стороны.

В таких вопросах нужно идти до конца. Если я не встречусь с графом, весь план пойдет по женским половым органам.

— Бирика? Чего эта пьянь могла написать? Денег просит? — не сдавался сторожевой пес.

— Мне то неведомо! Однако, если не доложишь обо мне, я сейчас же уйду и больше не вернусь. А ведь в письме может быть что-то важное. Ну, потом и узнаем. — бросил небрежно.

Я глянул на браслет сторожа. Эх! Опустился до шантажа, но что делать?

— Думаю, — добавил легкомысленно. — Господин Кандель обрадуется, узнав, что не получил важную информацию из-за стражника по имени Го.