Короче сильно Николай ему подсуропил с этим назначением. И напрочь поломал весь уже написанный и утверждённый перспективный план… Ну да кто ж мог знать, что даже в самом Питере с логистикой такие проблемы? Впрочем, фон Толь вполне мог знать — да кто ж им даст нормально принять-передать дела? Всё давай-давай, быстрей-быстрей — вот оно в самый неприятный момент всё наружу и вылезает…

Данька тоскливо вздохнул, стоя за спиной Николая, который с немалым удовольствием наблюдал, как величественно ползут вверх разводные пролёты Дворцового моста. Император был пьян и доволен. Ну и слава богу.

Следующие три дня прошли относительно спокойно. Данька обедал дома, успевая пообщаться с пока ещё проводящей большую часть дня в своей спальне Евой Авророй, а после работы так же мчался домой, чтобы снова побыть с женой и детьми. Тем более, что второй дочке только исполнилось четыре, и она сильно скучала по маме, к которой её пока пускали очень дозировано, давая Авроре отдохнуть и восстановиться, и ей требовалось вывалить эту свою тоску на кого-нибудь близкого. Например, на отца. Вот он и принимал на себя главный удар… Ну а потом Николай снова его вызвал.

— Значит так,- сурово начал император, едва только Даниил уселся напротив него, положив перед собой папку.- Тянуть более нельзя. В ближайшее время надобно покончить с крепостничеством… Поэтому я учреждаю Особенный комитет, который займётся конституционной реформой. И возглавлять его будешь ты!

— Чего-о-о⁈- вскинулся бывший майор.- Государь, ты-ы-ы… вообще того? Ты хоть представляешь, во что меня ввергаешь? Кто тебе железные дороги строить будет? А промышленность на юге? А перспективный план развития транспорта,- он сердито толкнул рукой лежащую перед ним папку.- Я тебе вот — новый, уточнённый на подпись принёс. Который пришлось перерабатывать, когда ты меня с мостами в Питере напряг… Ты куда меня пихаешь? Под топор или штыков дворян-гвардейцев хватит чтобы тебя от такого нехорошего меня спасти?

Николай хмыкнул.

— Вот поэтому Особенный комитет и будет заниматься не крестьянским вопросом, а конституционной реформой. Твоя ж идея была… ну и вот — делай! Пусть дворяне сами своих крепостных по большей части освободят, а когда таковых, кто этого не сделал, останется совсем мало — тогда остатки освободим указом. А за это время ещё и в Калифорнию какую-то часть переселим из помещичьих. Там сейчас у фон Толя уж под сто тысяч только православных переселенцев, а ежели с местными православными считать — так к двум сотням тысяч подходит…- он усмехнулся, глядя на Данька, после чего подтянул к себе принесённую им папку, открыл и, не читая, размашисто расписался на первом листе.- Всё — утвердил! Иди работай. Первое заседание Особенного комитета через три дня утром, в зале Государственного совета.