— Постараюсь, — Куницын улыбнулся, на этот раз более открыто, его настроение явно поднялось. Всё-таки он художник, и даже просто делать наброски для него важно. Неужели он с тех самых пор, как его выгнали из Академии, ни разу не брал в руки карандаш? Я бы так не смог.

Куницын унёсся за вещами, я же направился искать кабинет Галкина. Почему-то стало любопытно, что же Миша с портретом сделал.

Слуги здесь, кстати, были ещё более неуловимые, чем в наших домах. Пока я бродил по первому этажу, ни разу не встретил ни одной горничной. У них тут что, сиесту практикуют? Да что там, я самого Галкина найти не мог. Как вышел из своей комнаты, так только в том коридоре, по которому Фыра от меня драпала, впервые столкнулся с лежащим на полу Николаем.

Справедливости ради надо отметить, что на кухне было полно народу. И есть у меня подозрение, что Фыра не только колбасу успела выпросить. Да и как не покормить бедную голодную кошечку. Она ведь в голодные обмороки падает, а ещё, это именно она спасла их любимого хозяина. Тут самое жёсткое сердце не выдержит, и рука дрогнет, отрезая вкусняшку. Но никто так и не признался, хотя все смотрели с укоризной на эту тварь, меня, то есть, которая пытается бедную кошечку голодом морить.

Наконец, мне надоело блуждать по этажу, и я открыл первую попавшуюся дверь. Это оказался не кабинет, а большая библиотека. Возле огромного книжного шкафа стоял Игнат, и, нахмурившись, читал толстую книгу.

— Интересно? — спросил я его, подходя поближе.

— Не очень, — рассеянно ответил он. — Я, с позволения его сиятельства графа Галкина, решил освежить гражданское право. У меня практического опыта маловато, но кланового юриста Сергей Ильич с собой не взял, так что… Не знаю, правда, чем я смогу помочь его превосходительству барону Куницыну. — Игнат покачал головой. — Дела о наследстве — самые муторные. Чего только продажа прав на наследование объектов завещания стоит.

— Прости, что? — как только я осознал сказанное, сразу же стойку сделал. — Продажа чего?

— Прав на наследование, — терпеливо пояснил Игнат. — Хм, как бы объяснить. Допустим, я получил в наследство участок земли. Но мне эта земля не нужна, её нужно обрабатывать, придумывать, как её использовать, чтобы получить прибыль. А я не хочу этого делать. И не хочу платить налоги за землю, которая мне не нужна, и которой я не хочу и не буду заниматься. Что мне остаётся сделать?

— Продать эту землю мне, — я, кажется, начинаю понимать, что хочет сказать Игнат.

— Верно. Вот только если я начну заниматься этой продажей после вступления в наследство, то потеряю не только время и нервы, но и деньги. Налог на само наследство, а потом ещё и налог на продажу этого ненужного мне имущества… Когда процент претензий от наследников разной степени родовитости достиг критической величины, внедрили пункт продажи прав на наследство. В этом случае в наследство вступает купивший права, и именно он платит полагающийся налог.