Милена спускается осторожнее. Саня придерживает её за рюкзак и становится рядом. Все трое запалёно дышим.
— Давайте по глотку, — предлагаю я.
Пока достаём воду, ещё раз проверяю лес. От нашего пожара ещё тянет гарью, но крупных живых отметок поблизости нет. Прямо сейчас в затылок никто не дышит.
Милена пьёт маленькими глотками. На виске у неё прилипла тонкая полоска коры; снимаю её пальцами.
— Болит что-нибудь? Устала?
— Не болит. Ноги устали. Как у всех, — отвечает она. — Я дойду, Игорь.
Спорить не с чем. Убираю воду, достаю карту. Бумага отсырела на сгибах, один угол уже начал расползаться. Бережно разворачиваю её.
Ро говорил про ручей, а за ним — два холма и дорога. Ручей должен быть уже рядом. Найдём его, станет проще разобраться, куда нас занесло.
Идём вдоль склона, обходя кусты с молочным соком. Уже узнаю их без проводника. Учёба дорогая, зато запоминается.
Внизу слышится журчание. Спускаемся на звук и выходим к воде, бегущей между серыми камнями. Перепрыгнуть можно, но с большим трудом. К тому же, на том берегу мокрая глина, и падать туда с рюкзаком не хочется.
— Приготовьтесь! Бегите сразу за мной, — предупреждаю напарников.
В ход пошёл «лёд», кстати, именно такой позывной в организации мне присвоили первоначально.
Делаю «мостик» изо льда с пролётами надо водой:
— Пошли!
Втроём, чуть поскальзываясь, преодолеваем водное препятствие. Буквально через минуту — другую мостика не станет, но, к сожалению, ручей не остановит ни жуков, ни приматов.
На другом берегу разворачиваю карту: изгиб ручья, два соседних холма. Похоже, мы на верном пути.
Первый холм огибаем по склону. За ним начинается пологая седловина; идём по ней, пока под ногами не становится суше.
Выходим на дорогу, испытывая неуместное чувство радости. Неподалёку на обочине замечаю светлое пятно среди тёмных листьев. Показываю остальным.
Под кустом лежит смятая упаковка сигарет. Смотрю чуть дальше. На мягкой земле отпечатался каблук, за ним — вся подошва с крупным рисунком. Край следа чёткий, на дне ещё не набралась вода.
— Наши? — негромко спрашивает подошедший Саня.
— Люди. И недавно.
Выпрямляюсь, придерживая автомат, чтобы не стукнул по телу. Отпечатки таковы, будто здесь ненадолго остановились: справить нужду и покурить.
— Дай рацию, — говорю Александру.
Тот расстёгивает боковой карман рюкзака. Перед уходом от уазика он выгреб мелочёвку из бардачка, пока я занимался Ро и замками.
— Держи. Только не высоси случайно, — типа шутит товарищ.
— Постараюсь.
Включаю, делаю звук потише. В динамике сразу возникает шипение.
— Кто слышит? Приём.