Голос цветов
Страница 6 из 9
Настройки чтения
18px
1.8
1

Голос цветов

Страница 6

Люди добровольно отдавали свои души за призрачные мгновения прошлого. И тогда он с ужасом понял, что корни этого кошмара завязаны на могиле его деда, а значит, именно ему придется всё это остановить.

Джеймс пошёл к местной старухе, миссис Харгривз, о которой говорили, что она знает лес лучше любого егеря и понимает язык земли. Миссис Харгривз выслушала его, не перебивая, а потом тихо сказала: — Корни помнят всё. И боль, и любовь, и то, что мы пытаемся забыть. Эти цветы — голос корней. Они дают услышать ушедших, но берут за это самое дорогое: способность отличать прошлое от настоящего, своё от чужого. — Но как это остановить? — спросил Джеймс. — Нельзя заставить корни молчать. Но можно не давать им новой боли. Пока люди приходят за ответами, цветы будут расти. И цена будет расти вместе с ними. Джеймс вернулся на кладбище и увидел, что толпа стала больше. Люди стояли в очереди, как будто ждали автобуса, который увезёт их в прошлое. Кто-то плакал, кто-то сжимал в руках старые фотографии, кто-то шептал имена. Он встал перед ними, поднял руки, чтобы привлечь внимание, и голос его звучал хрипло, но твёрдо: — Эти цветы не дают ответов. Они только напоминают о боли. И с каждым разом они берут что-то взамен. Я видел, как люди начинают забывать себя. Пожалуйста, не трогайте их. Но его не услышали. Или не захотели услышать. Одна женщина оттолкнула его и бросилась к могиле. Она схватила цветок, прижала его к груди — и на мгновение её лицо озарилось счастьем: она увидела мужа, каким он был в день свадьбы. Но потом её глаза потемнели, будто кто-то выключил свет изнутри. Она посмотрела на Джеймса и спросила чужим голосом: — А ты кто такой? Почему ты стоишь здесь? Джеймс почувствовал, как по спине пробежал ледяной холод. Он понял: цена уже была заплачена. И она была слишком высокой.

Джеймс стоял посреди развороченного, истоптанного кладбища, и крики людей казались ему далёким, глухим шумом, словно он сам медленно погружался под воду.

Женщина, которая только что прижимала к груди туманный бутон, смотрела на него в упор. Ее взгляд был абсолютно чистым и при этом совершенно пустым как разбитое зеркало. В нём больше не было той любящей матери и соседки, которая еще вчера пекла пироги и здоровалась с ним при встрече. Из её оболочки вытянули всё, что составляло её суть.

— Элен, это же я, Джеймс. Внук Томаса, — тихо, саднящим от ужаса голосом произнес он, делая шаг назад.

Она не ответила. Женщина лишь слегка наклонила голову набок, уродливым, птичьим движением, и на её губах заиграла та самая блуждающая, мёртвая улыбка, которую Джеймс уже видел у других. Она развернулась и медленно, волоча ноги по жидкой глине, побрела прочь с кладбища — в сторону темнеющей стены леса. Ей больше нечего было делать среди живых.

назадназад
1 ... 4 5 6 7 8 9
впередвперед