Интересно только, как у них сейчас обстоят дела?
Надкусив напитанный влагой плод и почуяв, как пряный сок его растекается во рту, я невольно задумался о Нечволодове – и его усиленной бригаде. Как они там, наши товарищи?
Конечно, должно быть полегче, чем вчера. Все-таки тяжелую корпусную артиллерию немцев мы выбили, почитай, наполовину – а ведь это был очень серьезный козырь в позиционных боях! И если генерал Рихтер выполнил свое обещание, и ночью пришел на помощь, если его люди сохранили хотя бы большую часть собственной артиллерии… Что же, пусть наши и не добьются паритета в пушках – но расстреливать русских в одну калитку, как это было у Бишофсбурга или вчера вечером, немцы уже не смогут.
Следовательно, противостоящий нам корпус Маккензена увязнет в боях с Нечволодовым... Но все это возможно, если Рихтер вовремя придет на помощь. Если же нет, то повториться история разгрома 4-й дивизии – с той лишь разницей, что наши пушкари будут активнее лупить по немцам! Тиражировав по батареям опыт искусственного изменения угла вертикальной наводки… Но все равно за сутки фрицы собьют Александра Дмитриевича с удерживаемой им позиции.
И тогда история с окружением двух «ударных» корпусов 2-й армии повторится лишь с небольшими изменениями…
- Немцы, ваше благородие.
Голос урядника звенит от напряжения; мы несем свой дозор уже пару часов – и заряд бодрости, дарованный выпитым кофе, понемногу иссяк. Я невольно замер на месте, оперевшись спиной о дерево – в отчаянных попытках не смыкать глаза более, чем на несколько секунд… Но совершенно бодрый голос урядника отвлек меня – а когда смысл сказанного добрался до порядком уставших мозгов, я едва не подпрыгнул на месте:
- Где?!
- Да вон они, показались из-за леса… Ваше благородие, подымайте людей. А я пока еще посмотрю – сколько их, и куда двинут.
Мне осталось лишь благодарно кивнуть казачьему унтеру – взявшему инициативу в свои руки тогда, когда старший командир чуть растерялся, считая ворон… Но остатки дремотной усталости слетели с меня, едва стоило рвануть вдоль садовой оградки – мысленно похвалив себя за выбор дозорного поста! Со стороны дороги меня практически сразу скрыл хозяйский дом – а, обогнув его, я выскочил к самым воротам конюшни.
Что, кстати, смотрят именно во двор усадьбы… Бьюсь об заклад – с дороги немцы пока ничего не заметили.
- Братцы, подъем! Фрицы!
Зашевелились сонно, завозились в сене провалившиеся в глубокий сон казаки и саперы. Недостаточно быстро зашевелились…
- Подъем!!!
Мой крик в конце сорвался на тонкий визг – но главное, что вторая «побудка» сработала. Люди начали вскакивать, одурело мотая головами, и я вновь озвучил главную новость: