Первая вела к крупному контракту и новому уровню для «Основы». Вторая возвращала меня к Лике и Виктору, а заодно к смерти Романа Савельева.
Ни одному из людей за этими дверями нельзя было доверять полностью.
Глава 4
На следующий день я приехал в офис раньше девяти и снова увидел, что работа уже шла без меня. Рита сидела за столом с телефоном у уха и заносила заявку в таблицу. Славка у окна рассматривал фотографии щитка из ресторана Виктории, а Митяй объяснял кому-то по громкой связи, почему воздуховод не может стать шире от одного желания заказчика. Михалыч занял схемами почти весь свободный стол. Степаныч стоял у шкафа с материалами, придерживая поясницу, и делал вид, будто задумался. Получалось плохо. Задумчивый человек обычно смотрел в одну точку, а не ждал, когда боль позволит разогнуться.
Система работала, и это меня радовало. Люди тоже работали, но так старательно, словно хотели проверить, что сломается раньше, они или компания.
— Да, я вас понимаю, — спокойно говорила Рита, хотя под глазами у неё залегли тени. — Но мастер не приедет через десять минут, потому что сейчас находится на другом адресе. Я запишу вас на два часа. Если вода пойдёт сильнее, перекройте вентиль под раковиной. Нет, возле батареи трогать ничего не надо. Подождите, я пришлю фотографию нужного вентиля, так будет безопаснее.
Она закончила разговор, отправила клиентке снимок, и телефон почти сразу зазвонил снова. Я снял куртку, повесил её на спинку стула и посмотрел на Риту.
— Ты вчера до скольких отвечала заказчикам?
Она подняла глаза и на секунду замялась. Этого мне хватило.
— Последний звонок был около десяти, — призналась Рита, прижав телефон к груди. — Там пожилая женщина испугалась из-за крана. Я помогла ей перекрыть воду и перенесла заявку на утро. Мы разговаривали недолго.
— В журнале были сообщения и после десяти.
— Я только прочитала их, Максим, — сказала она и сразу отвела взгляд. — Ответила уже утром.
— Время отправки тоже сохраняется.
Рита поправила волосы и вздохнула.
— Там ничего сложного не было. Один человек прислал фотографию счётчика, другой спрашивал, сколько стоит вызов. Мне показалось неудобным оставлять их без ответа.
— Человек пережил бы ночь, не зная стоимости вызова. Это неприятно, но не смертельно.
— Я поняла, — ответила она, однако по выражению лица было ясно, что вечером снова полезет в рабочий чат.
Я повернулся к Славке.
— Сколько заявок взял вчера?
Он заблокировал экран телефона и положил его рядом с инструментами.
— Четыре. Две обычные, потом помог Рите по пути и вечером заехал в ресторан. Всё нормально, я не устал.