Я замер, не донеся чашку до губ.
Виктор говорил раздражённо, однако явной лжи я не услышал. Он действительно не понимал, почему я поднялся на крышу. Корпоративный удар готовил, активы выводил. Но моё падение, похоже, стало неожиданностью и для него.
— Ты сам говорил, что он любил всё проверять лично, — ответила Лика после долгой паузы.
— Технический этаж он проверял, а к краю крыши после подписания актов не ходил, — отрезал Виктор. — Охрана куда-то исчезла. Роман ушёл раньше смены, хотя никогда так не делал. Потом его машина разбилась, и никто не успел с ним поговорить.
В наушниках звякнул стакан.
— Не произноси его имя, — потребовала Лика, впервые потеряв обычную ровность. — Савельев погиб. Оставь его семью в покое, они и так достаточно пережили.
— Я не собираюсь трогать его семью, — ответил Виктор уже тише. — Я хочу понять, почему охранник Максима умер сразу после него. За одну неделю произошло слишком много удобных случайностей.
— Полиция всё проверила.
— Та же полиция, которая не нашла ничего странного в падении Орлова?
Лика не ответила. Несколько секунд в записи слышалось только дыхание. Потом она сказала, что устала и продолжит разговор завтра. Виктор попытался её остановить, однако вскоре хлопнула дверь.
Я снял наушники и поставил чашку на стол.
Картина изменилась. Виктор участвовал в заговоре и собирался забрать компанию, но убийство, судя по его реакции, не заказывал. Невиновным это его не делало. Он подготовил удар, а кто-то воспользовался общей схемой и пошёл дальше.
Лика знала больше. Оставалось понять, сколько именно.
Возможно, она участвовала только в корпоративном заговоре, а смерть не входила в план. После моего падения испугалась, но решила использовать результат. Был и другой вариант: Лика знала о готовившемся покушении и ничего не сделала. Её страх мог означать, что она помогла вывести меня на крышу или передала кому-то расписание. Теперь те же люди могли убрать и её.
Прямых доказательств у меня не было. Только запись и реакция на имя Романа Савельева. Для обвинения этого не хватало, но новое направление расследования появилось.
Дюбель запрыгнул на стол, прошёл по клавиатуре и сдвинул папку Умярова. Она съехала к краю, и из неё выпало несколько листов. Сверху оказался план котельной, под ним лежала копия договора с подрядчиком. Кот посмотрел на бумаги и уселся прямо на схему наружных сетей.
— Хороший выбор, — сказал я, снимая его с документов. — Если отопление базы держится на таких же специалистах, как у Глеба, аудит нам действительно понадобится.
Я собрал листы и положил их рядом с телефоном. На экране всё ещё была открыта запись из кабинета Лики. Передо мной лежали две папки и две линии работы.