— В самом деле?
— Лизанька, да я сейчас не о тебе, — спохватился он. — Ты же не претендуешь на роль главы клана?
— Как знать…
Он натужно рассмеялся, а мне вдруг пришло в голову, что мои дни заполнены, но заполнены всякой ерундой. С одной стороны, я всё время что-то учу, с другой, если оглянуться, то почти ничего полезного не знаю, а времени, чтобы подумать, у меня не остаётся. И делается это намеренно. Вместо того чтобы учить контролировать бабочек, тот же Шитов мог пояснить, как отличается оборотень от не-оборотня, а маг от не-мага. Не по принципу же: бесит или не бесит, и чем сильнее бесит, тем сильнее оборотень? Та же Оленька сразу поняла происшедшие со мной изменения, значит, это не так и сложно. А ведь я даже у неё не спросила.
Глава 30
Вальс с Волковым мне всё же пришлось танцевать, и это неимоверно взбесило Рысьина. Заменить в этот раз вызвалась Тамара и даже сказала, что готова простоять на моём месте до конца вечера. Я поймала её на слове, но не для того, чтобы использовать это время для развлечений, а чтобы сбежать домой сразу после вальса. Говорить я этого не стала, решила улизнуть как можно более незаметней. Сразу, как только закончится танец и Волков наконец от меня отступится. Пока же мы кружили среди других пар.
— Вы прекрасно танцуете, — сказал Волков, увернувшись от почти врезавшейся в нас Аничковой с кавалером. Кавалер был другой, злость на меня — всё та же. — Такие грация и чувство музыки редко встречаются.
— Возможно, вы нечасто танцуете? — предположила я.
— Хотите сказать, что я делаю это плохо?
— Не хочу.
Волков напрашивался на комплимент, но я была не настроена говорить приятные слова, зато очень настроена против него. Казалось бы, штабс-капитан не позволял себе лишнего, но то, как он на меня смотрел, выдавая при этом довольно двусмысленные фразы, должно было ввергнуть в краску любую девушку моего возраста. Мне же если и было стыдно, то лишь за него. Наверное, плохо в клане Волковых с учителями этикета, если воспитывается вот такое. С другой стороны, я знакома лишь с одним представителем, может, он просто паршивый волк в стае?
— Я вам не нравлюсь? — спросил он.
— Какая разница, нравитесь вы мне или нет? — вопросом на вопрос ответила я. — Нам с вами детей не крестить.
— В каком смысле? — опешил он. — Что значит «крестить детей»?
— Таинство такое в христианской церкви, — пояснила я, недоумевая, как вообще эта идиома сорвалась с языка. Этак я и себя выдам, и Владимира Викентьевича подведу. — Я имела в виду, что близкими людьми нам всё равно не стать, поэтому и не стоит беспокоиться о впечатлении, которое производим друг на друга.