— Но чем дороже бизнес, тем больнее его терять, — оскалился этот ублюдок, снимая монокль. — Верно… Володя?
Что ж, похоже впереди меня ожидает очень интересный разговор.
— Что тебе тут нужно, Иван Викторович? — настороженно спросил я.
— Прошу в карету, — махнул он в сторону белого лимузина, приглаживая рыжую бороду. — Поболтаем, о том о сём.
Я залез в салон длинного как кишка мамонта автомобиля, вслед за авторитетом. Хазаров разместился за столиком, на котором уже стояли бутылка виски и два стакана со льдом.
— В хорошей компании и пьётся легче. Так что предлагаю разрядить обстановку, — заметил Хазаров, разливая по стаканам янтарный напиток.
— Я не собирался сегодня выпивать, — холодно произнёс я. — Давай ближе к делу.
— У, какой ты колючий. Наслышан, — улыбнулся авторитет. — Покоритель башен. Гроза преступности. И шестёрка Воробья. Хотя не вяжется что-то. Ты столько башен уничтожил, перевалил авторитетов кучу, и какая же ты после этого шестёрка? Ох уж эти злые языки, — покачал он головой, — Оторвать бы, и в задницы позасовывать всем этим болтунам.
— Слишком издалека начал, Иван Викторович. Давай конкретней, — прожёг я его взглядом. — Что ты хочешь? И если думаешь угрожать, пугать — зря только время теряешь. А скорее даже рискуешь.
Я взглянул в окно. Кристина никуда не ушла. Она лишь нервно курила у входа и посматривала в нашу сторону. Ну вот какого хрена, Крис⁈
— Баба твоя? — кивнул Хазаров в сторону брюнетки. — Эффектная.
— Хоть волос с её головы упадёт, и я тебе не позавидую, — пообещал я.
— Ты аккуратней со словами, Володя, — авторитет резко поменял тон на более жёсткий. — Я не Рыло, и не Череп. И не этот, как его… — пощёлкал пальцами перед собой Хазаров.
— Крест, — подсказал с переднего сиденья мордоворот.
Вот значит как. Оказывается, наш разговор слушали, и лёгкий экран между передним отсеком и пространством, где мы сидели, всего лишь фикция.
— Да, Крест. Точно, — улыбнулся Хазаров. — Спасибо, Шура.
— Так вот. Я не настолько прост, как те, кого ты приговорил, — продолжал Хазаров. — Ударю так, что мало не покажется.
— Про угрозы я предупреждал, Иван Викторович, — оскалился я в ответ. — Ещё раз. Что ты хочешь?
— Всего лишь, чтобы ваши железнодорожники не лезли в дела воронежских. Не пропагандировали трудовые отношения и честный бизнес. Нам этого не надо. А краснореченцев — тех, кто ещё не перешёл к вам — отдайте мне. И дайте моим людям свободу, — расплылся в улыбке Хазаров. — А я дам вам хозяйничать на заводах, оставляю их вам. Да и полпроцента с общей прибыли буду отстёгивать. Лично тебе.