— Уяснил.

— Вот и ладно. Действуй.

И вновь взгляд зацепился за давешнюю галеру. Ну слава тебе господи, наконец-то запылала! Вот только радость оказалась недолгой. Потому что с другого борта прилетел гостинец. Хорошо хоть одно из ядер ударило в кормовую надстройку, похоже, разворотив его каюту, а второе — в мачту.

— Ох, йо-о!

Игнат едва успел увернуться, как бизань-мачта с жутким скрежетом и треском начала заваливаться вбок. Но не она по-настоящему была опасна для него, а лопающиеся тросы. Один из них пролетел у него над головой. Чуть ниже — и разнесло бы ее, как переспелую тыкву. Мачта же завалилась в море, отчего «Ласточка» накренилась и сбавила ход.

— Боцман!

— Тут я, атаман.

— Рубите тросы. За борт этот плавучий якорь.

— Уже делаем, Игнат Борисович.

— Атаман! — позвал Петр.

— Чего тебе, косорукий? — огрызнулся Демин.

— Десяток фугасок осталось. Все. Дальше только резаться, — доложил старший канонир.

— Ясно. Ну да все одно к одному. Ты хоть раздолбай кого-нибудь напоследок.

— Обижаешь, атаман, — сверкнул Петр белозубой улыбкой на закопченном лице.

При этом он не без самодовольства показывал в сторону пылающей галеры. А что, есть чем похвастать, но…

— Это я уже видел. Ты чем другим похвались. Иди давай. Вон того ушлого, что нам мачту порушил, приласкай. Уж больно наглый.

— Сделаем.

Пока разбирались с пробоиной и рухнувшей мачтой, Петр сдержал свое обещание и отправил на дно докучавшую галеру. Та уходила под воду под ужасающие крики прикованных к веслам гребцов. Экипаж и морские пехотинцы спешно покидали гибнущее судно, сражаясь за места в шлюпках. Надо заметить, шведы иллюзий не строили и подготовились в плане спасательных плавсредств.

— Атаман, гребное колесо порушило. Одного казачка зашибло, — доложил подошедший помощник.

— Твою в гробину! — уже привычно выругался Игнат. Да сколько можно! — Отправь в машину…

— Уже, атаман. Прикажешь ставить паруса?

— Петр?

— Отстрелялись, атаман. Мои пушкари готовы драться, — деловито навешивая на себя портупею с пистолетами, сообщил канонир.

— Ясно. Ничего еще не закончилось, братья казаки! — повысив голос и не прибегая к помощи рупора, прокричал атаман. — Пока казак жив, ворогу лучше поостеречься. Резали мы турка, выпотрошим и шведа. Пусть подходят, а мы уж расстараемся. Готовьтесь к драке!

В ответ из сотни луженых глоток раздался задорный крик. Никакого отчаяния и даже капли сомнения. Только злой задор и решимость идти до конца. И путь тот обещает быть хотя и кратким, но кровавым.

— Агап, дай весть Степану, чтобы спускал пар и выводил свою команду на палубу.