Слова эхом отозвались в ночи, напугав меня.
– Да, – я встала, – да, разумеется. Я поступила ужасно глупо, что пришла сюда.
Чарльз тоже встал.
– Подожди, Вера. Тебе угрожает опасность? Если тебе нужно где-то переждать, то Грета приготовит для тебя комнату.
Я покачала головой.
– Нет.
Что подумает Элейн? Чарльз только что создал семью, настоящую семью, с подходящей женой. Как я могу сейчас сказать ему о Дэниеле?
– Мое пребывание в этом доме доставит тебе одни неприятности, – сказала я. – Все будет хорошо.
– Ты уверена?
Я видела в его глазах любовь и желание. Он притягивал меня, словно магнит. Больше всего на свете мне хотелось найти утешение в его объятиях, рассказать о нашем сыне. И чтобы Чарльз помог мне его найти.
Я открыла было рот, но тут отворилась дверь. На крыльцо вышла Элейн со сложенными на груди руками, ее лицо выражало явное нетерпение.
– Чарльз, дорогой, ужин уже подали. Твой суп остынет.
– Прощай, Чарльз. – Я начала спускаться по ступенькам на дорожку, засыпанную гравием.
– Вера, подожди, я…
– Прощай, – повторила я, исчезая в темноте. Я обернулась только раз и с болью в сердце увидела, как Элейн по-хозяйски берет Чарльза под руку. Он поцеловал ее в щеку и повел в дом.
Рукавом я вытерла слезы. Над головой сияла луна, молчаливая свидетельница моего горя. Куда мне теперь идти? Что делать? Я, спотыкаясь, побрела по тротуару, глядя на озеро. Стрекотали кузнечики, тихие волны накатывались на болотистый берег. Я вспомнила, что Чарльз рассказывал мне о кувшинках, о том, какие они особенные, как будто не из этого мира. Мне захотелось увидеть их снова, посмотреть, как они покачиваются на воде в лунном свете. Дэниелу они бы понравились. Он был бы таким же нежным, как Чарльз в детстве, когда он опускал руку в воду и легко касался их лепестков. Он бы оценил их красоту, как и его отец.
С камнем на сердце я направилась к озеру.
Глава 18 Клэр
Я достала документы из портфеля. Они сохранили запах тайника за стеной в доме Лилиан: дым сигар, плесень, легкая примесь старой кожи. Первая страница подтверждала тот факт, что отец Лилиан, Эдвард Шарп, действительно представлял интересы Степана В. Иванова в деле об убийстве Веры Рэй. Следующие несколько страниц были заполнены юридическим сленгом и различными ходатайствами, смысла которых я не поняла. Но под этими страницами оказалось именно то, чего я ждала. Это были отпечатанные на машинке показания мистера Иванова. Я вздрогнула, представив, что может быть написано на этих пожелтевших листах. Признание вины? Страшные детали смерти Веры? Я начала читать: