— Я не нуждаюсь в покровителях.

— А вот твой клан нуждается. Никто просто так не будет оказывать вам помощь. Только взамен на что-то: деньги, силу, артефакты. Но что у вас есть? Только скалы на краю мира!

— И зачем эти скалы вам, адмирал?

— Чтобы создать сильнейший морской клан России. В клане Косаткиных уже множество достойных родов, которые бок о бок с нами защищают нашу Империю. И я хочу чтобы род, который способен чувствовать море, встал рядом. Тогда мы будем непобедимы! Сделаем Россию ведущей морской державой!

Он поднял руку и сжал её в кулак. Блеснул его перстень, с выскакивающей из воды косаткой.

— Вы предлагаете мне расформировать свой клан?

— От него всё равно ничего не осталось. Только ваш род. Кальмаровы клан лишь на бумаге.

— Как интересно. Когда пропадает мой отец, вы делаете всё, чтобы разорить наши компании: ремонтную верфь, рыболовную флотилию. Добиваетесь ограничений в их работе. А потом скупаете за бесценок, как только они банкротятся. Потом вы заключаете мой остров в блокаду, когда ему нужна помощь.

— Второе — неактуально, — покачал головой Косаткин. — Блокада и карантин были оправданы.

Но я проигнорировал его слова.

— После всех этих поступков вы присылаете своего человека, который силой пытается доставить меня к вам. Безрезультатно, впрочем. После его неудачи заявляетесь сюда сами и предлагаете вступить в свой клан?

— Всё очень точно. Кальмаровы проиграли, как клан. Но могут выиграть, как род. Наши предки издавна боролись друг с другом, и мой клан по праву сильного одержал победу. Усмири свою гордыню и присягни, ради светлого будущего своего рода. Тогда я гарантирую, что о твоём статусе бастарда забудут.

И я рассмеялся.

Весь разговор я вёл себя сдержанно. Старался не распалять конфликт между нами слишком быстро.

Но в тот момент удержаться было уже невозможно.

— Адмирал Косаткин, мой род прошёл через столетия не для того, чтобы покорно склонить голову перед давним конкурентом. Если вы так жаждете победить, то продолжайте свою борьбу. От вызова я не уклонюсь. Но предупреждаю сразу…

Я встал, опираясь руками на стол. Перстень на моей руке ярко блеснул, будто передавая одобрение Кальмара.

— Я не просто так был признан своим божественным предком. Не просто так я спас вашу дочь вместе с десятками других людей и исцелил целый остров от заразы, с которой не могут справиться лучшие целители Владивостока. В моих жилах — кровь богов! И она кипит, когда я иду и меняю мир! Мой ответ — НЕТ! Точка.

Он сидел, развалившись в кресле. Его пальцы раздражённо перестукивали по столу, а на лице застыла гримаса досады.