— Он тот, кого я привык называть аномалией или катаклизмом. Тварь, вышедшая за пределы мира смертных, но почему-то любящая вмешиваться в его дела и сеять смерть и разрушения.
— Ты смеешь игнорировать меня, но продолжаешь общаться с этим червём? Не разочаровывай меня, Дан…
— Свали в ту дыру, из которой вылез, и я не стану делать тебе больно.
Я развёл руки в стороны, и по ним, словно молнии, побежали чёрные линии стихии смерти. Мои волосы начали седеть. Я преображался в форму, ради которой мои предки… создали меня. Создали своего Дана, своё величайшее оружие и щит в надежде спасти то немногое, что у нас оставалось.
— Фи, как грубо… — Лёгкий взмах рукой — и по моему щиту ударил золотой луч.
Плохо дело… Продавил играючи… Я всё ещё не в оптимальной форме для сражения с такими, как он… Не ожидал, что эта тварь вылезет так внезапно.
— Да ты совсем удар не держишь! Ха! Ладно, у меня нет времени возиться с тобой. Отдай девчонку и можешь дальше копошиться в своей навозной куче.
— Альму?
Я начал выкачивать как можно больше силы из Столбов Вечности, готовясь к битве.
— Кто? А, мать? Нет, эта шлюха мне и даром не нужна. Я про Магдалену. На размышление у тебя есть три секунды. Один… Два… Три… Итак, твой ответ?
— Пошёл на хер во имя Вечности! — Я окутал себя силой смерти и ринулся навстречу своему первому божественному противнику за долгое время.
Никому не позволю угрожать мне и моим людям. Никому!
Этот гад был силён. Безумно силён, если говорить откровенно. В новом мире я до сих пор не встречал никого, кто обладал бы даже десятью процентами от мощи этой аномалии. Да он даже сильнее меня!
Тяжело признавать, но я всё это время трудился во благо мира смертных. Я пахал, развивался, создавал помощников, объединял людей, следуя своим принципам и законам, которые поклялся соблюдать. Я действовал как простой человек, наделённый невероятным могуществом. И за всё то время здесь я видел лишь одно существо, заставляющее мою душу дрожать. Герра Тьмы — странная и вместе с тем невероятно могущественная сущность, которую вполне можно назвать божеством по меркам смертного мира.
Да, в этом мире хватало отголосков других божественных сущностей. Кто-то когда-то проходил и оставил здесь своё наследие, которое я трепетно собираю да изучаю. Те же обелиски защитные, например. Кто-то имел потенциал развиться до божественной сущности, и я делал всё возможное, чтобы установить с ними контакт и дружеские отношения. Кто знает, насколько полезным по итогам тысячелетий станет это знакомство.
Этот золоторожий был пятым божественным, с которым я столкнулся с момента перехода… Конечно, был ещё старик, отправивший меня сюда, — он тоже явно божественная сущность, — но в этом мире я его не видел. Лишь видел отголоски его работы.