Если доживем до того времени — я их в портал перекину. Пусть землю пашут — они ребята могучие и в грубом физическом труде — сто очков вперед любому дадут. На них и самих — без лошадей пахать можно.

На рысях, решительно приближаюсь к месту побоища.

Вывернув из-за поворота, понимаю, что все закончилось. Вижу фигуры, неторопливо бродящие по дороге и методично добивающие подранков. Другие собирают в кучу разбредающихся коней.

Кто-то из наших, со спины не узнаю́ кто — стреляет из арбалета в голову, лежащей на боку лошади. Видно — случайной шальной стрелой зацепило беднягу.

Первым моё приближение замечает остроглазый Тар.

И без того светлое лицо вождя союзников озаряет просто-таки лучезарная улыбка.

— Горан! — громко выдыхает молодой нугари.

Народ дружно оборачивается. От вида их улыбок меня пробивает на «гусиную кожу». Глаза поневоле начинают блестеть влагой. Свои! Родные! Мой прайд! Моя стая!

Спрыгиваю с коня.

— Потерь не имеем. Все исполнено согласно плану, командор! Как и было задумано, — в своей манере ухмыляется Шептун.

Да, естественно — на днях мы с ним встречались. Как вы понимаете — нам было что обсудить. И поэтому в сегодняшнем вояже меня вся «активная оппозиция» и сопровождала. Может и не вся конечно, но наиболее нелояльных, дерзких и опасных мои «Сыны анархии» только что из списка живых вычеркнули. Сам я этого сделать по некоторым причинам не мог. Но об этом чуть позже. Не до того мне сейчас — друзей встретил!

Обнимашки. Сопли-слюни. То-сё. Белоснежные единороги и розовые пони.

Каждый считает своим долгом со мной пообжиматься и сказать какую-нибудь конченную банальность. Я в долгу не остаюсь. Тоже горожу радостные глупости до небес.

— Ну, ни хрена себе — как тебя радикально перекрасило, Егорий! — присвистывает Зимний. Он и Рул не принимают участия в добивании «братьев по репутации» — дабы свою не понизить, — Здорово, братан! Добро пожаловать в команду «красных». Даже не буду рассказывать, как я рад, что ты жив и в разуме.

— Сезонная линька, — пытаюсь шутить я, стукаясь с ним лбами. — А уж как я сам этому рад, Валера!

— И репа — просто «космос»! — подхватывает Рул, явно желая, но не решаясь меня приобнять и ограничиваясь символическим чмоканьем лидера в свежевыбритую щеку, — Как вышло-то? Откуда такая запредельная щедрость, черный повелитель? Теперь ты просто живое воплощение всего земного зла, милый.

— Ключевое слово здесь — «живое»! — радостно хмыкаю я, наконец-то узрев то, что с самого начала искал глазами, — Давай мы об этом чуть позже почирикаем. Ага?

— Ну да, ну да, — усмехается она, глядя на несущуюся в нашу сторону комету.