— Переходи к нам, — предложил он, обращаясь к кошке. — Ты мне нравишься, я тебе вроде тоже не противен. Сможем продолжить наши отношения…

Но, вопреки его ожиданиям, Мяури расхохоталась.

— Да кто же на такое согласится-у? Парней у меня-у сотни могут быть, мяу, и что — за каждым в его группу бежать? Вот еще! Нет уж, хорошая-у группа и верные друзья-у гораздо важнее случайных связей.

— Ну что, красавчик, получил? — усмехнулась Хида и задорно тряхнула своими хвостиками. — Мяу обычно интеллектом не блещет, но, как видишь, такие элементарные вещи даже она понимает.

— А тебя не спрашивают, Ехидна, — сердито буркнул Рон. — Тебе, небось, даже и не предлагают — с твоим-то характером… уф-ф!

Зазевавшийся Рон получил от гномки неожиданный удар в живот, и его отбросило обратно в комнату Мяури, унесло к противоположной стене и вышвырнуло на улицу спиной вперед вместе со ставнями. Он неторопливо поднялся и вернулся к окну.

— Ох, прости, я нечаянно, — улыбающаяся физиономия Хиды показалась в оконном проеме. — Не думала, что ты такой хлипкий. И что Мяу в тебе нашла? Обычно она более крепких мужиков предпочитает. Но, видать, на безрыбье… ой!

Рон неуловимым движением сгреб малышку гномку за запястье и в свою очередь отправил ее в полет, выдергивая из окна. Хида успешно долетела до дома напротив и с шумом врезалась в его дверь. Дверь жалобно скрипнула, слетая с петель, и рухнула внутрь помещения.

— Эй, что происходит? — донеслось изнутри.

— Тебе какое дело? Сгинь, пока не зашибли, — огрызнулась гномка, а потом радостно завопила:

— Ну все, красавчик, тебе не жить! Прибью!!!

— Ну знаешь ли, Рон, на этот раз вы с Ехидной превзошли сами себя! То есть я, конечно, понимаю, что у вас с ней — любовь до гроба, но ваша личная жизнь слишком дорого обходится окружающим! Вы не могли бы в следующий раз как-то поскромнее себя вести, а? — возмущалась Алварика, сидя на крыше таверны Форпоста рядом с лежащим на спине Роном.

— Хида — это нечто! — восхищенно выдохнул мечник и скривился от боли. — Эх, будь она посимпатичнее, и характер чуть менее буйный… Алва, а где рыжего носит, а? А то я ног не чувствую…

— Еще бы ты их чувствовал! Твоей спиной, наверное, каждое бревнышко во всей округе пересчитали. Половина поселка в развалинах! И кто это восстанавливать должен, по-твоему?

— Точно не мы, — отрезал Рон. — Это она мной по стенам лупила, а не наоборот, так что вся ответственность на ней. И ничего не половина, не преувеличивай! Так, пара домиков, самых хлипких…

— Это пока ты не отрубился! Или ты думаешь, что она на этом остановилась? Тэм, бедняга, с ног сбился уже пострадавших в чувство приводить. И что ты ей такого наговорил, а?