— Слышал, у вас тут рестораны разоряются, — заметил я, открывая меню. — А персонал в чёрные списки попадает.

— Кхм, — мужчина кашлянул, смотря на меня, как на заговорившую лепёшку навоза. — Изволят лгать. Не разоряются.

— Вот как, — протянул я, пробегаясь взглядом по списку блюд. — Значит будут. Сразу как я к вам компанию ушастых экспертов с телефонами пришлю.

Сначала тот по-моему не понял. Даже на Виталия посмотрел, видимо решив, что я эльфов имею в виду. Но в итоге всё же сориентировался.

— Мы не пускаем орков, гоблинов, кобольдов и прочие низшие расы, — гордо выпятил подбородок мужчина. — Ваши «эксперты» даже близко не подойдут.

Интересно у них тут дела обстоят. К многочисленным ограничениям я уже привык. Но это получается и зайти поесть нельзя? Даже если у тебя деньги есть и одет ты прилично.

— Но меня же пустили, — резонно заметил я, переходя к странице с десертами. — Или аристократа в компании пары журналистов, вы тоже нахер пошлёте? Прямо в прямом эфире?

Официант замешкался, кося взглядом на Румянцева и видимо не зная, что ответить. Так-то понятно, что конкретно он тут не при делах. Людей формирует социум — когда живёшь в обществе, которое пропитано ненавистью или презрением к какой-то категории, сам тоже пропитаешься. Плавали, знаем.

С другой стороны — никто не заставлял его так на меня смотреть. Вот и пусть теперь потерзается сомнениями. Отправлять сюда гоблинсов я не собирался. Противников вокруг и так хватает. К чему порождать новых. Но это не мешало немного надавить на его нервную систему.

— А теперь к заказу, — поднял я на него взгляд. — Молочного поросёнка с запечённым картофелем, десяток драников, салат «Босфорский», фокаччо и две литровые кружки пива. Плюс, чизкейк, шоколадный торт и «Московский» — по одному куску.

Ну и морда лица у него. Прямо видно, как хочется отпустить замечание по поводу объёма заказа. Однако, присутствие Румянцева заставляет сдерживаться.

— Как насчёт остальных? — повёл он взглядом. — Господа желают сделать заказ?

— Мне тоже две литровых кружки пива, — усмехнулся Ярослав. — Чем я хуже дарга. И колбасок к ним притащи. Нарезки ещё сырной какой-нибудь.

Где справедливость, мать вашу? Я общался вполне корректно и названия нужных блюд перечислил. Этот «золотой мальчик» бросал фразы, как будто с пустым местом беседовал. А вот у официанта, лицо стало вдохновенным. Такое впечатление, что он весь смысл своей жизни сейчас узрел.

— Будет исполнено, господин, — склонился мужчина. — Желаете чего-то ещё?

— Даргу в еду не плюйте, — заржал тот. — А то я обижусь.