— Без оснований, говоришь? — чуть прищурился Ярослав. — Это как, интересно знать?

— Отталкиваются от косвенных улик, которые проигнорируют любой вменяемый судья, — вклинился Виталий. — Основная — удивление одного подозреваемого в причастности к перевороту, при виде моего клиента. Случайно зафиксированное менталистом.

Последняя фраза заставила дворянина скривиться. А потом вздохнуть.

— Менталист… — теперь он смотрел на меня, как на диковинное чудо. — Всё интереснее и интереснее, дарг. Завтра ты меня о чём попросишь? Прикрыть тебя от царевича?

— Не, — качнул я головой. — С членами царской семьи я встречаться не планирую.

Вот это он заржал сейчас. Взахлёб и колотя рукой по столу.

— Не планирует он, — совсем не аристократично промычал парень в промежутках между приступами смеха. — Тебе бы с юмористическими зарисовками выступать. Лихую бы карьеру сделал.

Может и так. Только вот, неприятно всё равно. Типа что, я не человек что-ли? В смысле, да — даже близко не человек. Ну и ладно, собственно. Разве культурный дарг не может обозначить, что ни с кем из царской семьи встречаться не предполагает? В конце концов, я ж могу заработать денег, развернуться, получить личное дворянство и право въезда в столицу получить. Так-то даргов туда не пускают. Да и свенгов с гоблинами и кобольдами тоже. Но из любых правил бывают исключения.

— Может к делу вернёмся? — холодно заметил я. — И вообще, нас кормить тут будут? Это ресторан или где?

— Купнуть тебя в плазме, — снова зашёлся смехом аристократ, маша поднятой рукой. — Щас официант подойдёт, а ты пока меню глянь.

— Послушайте, может быть вы кого-то из своих юристов пригласите? — мужчина, сидевший рядом с Ярославом вытер потный лоб салфеткой, умоляюще глядя на парня. — Мне кажется это дело уже давно переросло свой изначальный масштаб.

На пару секунд установилась тишина. Даже дворянин прекратил смеяться, повернувшись к своему сопровождающему.

— Меня всё устраивает, — ровным тоном ответил он. — Конечно, если ты не надумал нас продать. Но тогда твоей участи не позавидуют даже панцирники.

Лицо адвоката тут же исказилось страхом, а сам он принялся сыпать словами извинений. На самом деле — такая себе ситуация. И заодно — наглядная демонстрация возможностей аристократии. Ярославу даже не приходится никаких схем разыгрывать. Одна грубая прямая угроза и один из топовых царьградских адвокатов уже дрожит, как лист на ветру.

А вот и официант. Подошёл, молча рядом застыл и смотрит. С такой мордой, как будто перед ним не клиент, а какой-то бомжара из лужи выползший. Невежливо.