— Вы так ничего у неё и не спросили, — негромко заметил Адриан.
— За обедом было не самое подходящее время, — ответил Эммет.
— А теперь она снова будет уходить от ответа, — добавил я. — Мы уже видели, как ловко она это делает.
Адриан посмотрел на удаляющуюся Стеф.
— Тогда не спрашивайте прямо.
— А как?
— Вспомните что-нибудь, что могло произойти только между вами троими. Что-то, о чём не знает даже Лена. И расскажите неправильно.
Эммет непонимающе нахмурился.
— Почему именно неправильно?
На лице Адриана появилась едва заметная улыбка.
— Потому что ваша Серафима может не ответить на вопрос. Но если вы исказите знакомую историю, она обязательно вас поправит.
Я посмотрел на Эммета. Тот некоторое время молчал, а потом тоже улыбнулся.
— Кажется, я знаю, что спросить.
Когда все разместились за столом, разговор снова не складывался. Лена разлила чай, Кайрон придвинул к себе блюдо со сладостями, а Стеф сидела напротив нас и делала вид, будто полностью занята своей чашкой.
Эммет первым нарушил молчание:
— Марк, помнишь, как Сима называла нас после истории с супом?
Я сразу понял, что он задумал.
— Конечно. Ходячей катастрофой.
Стеф подняла глаза, но промолчала.
Эммет продолжил:
— И ведь совершенно несправедливо. Подумаешь, оставили кастрюлю на огне.
— Кастрюлю оставил ты, — напомнил я. — А я вообще в кухню не заходил.
Стеф сжала чашку обеими руками.
— Заходил, — вырвалось у неё. — Именно ты решил, что огонь будет гореть лучше, если плеснуть в него…
Она резко замолчала.
За столом стало тихо.
Стеф медленно перевела взгляд с Эммета на меня. По её лицу было видно: она поняла, что только что сделала.
Я подался вперёд.
— Договаривай, — тихо попросил я. — Что я плеснул в огонь?
Она отвела глаза.
— Неважно.
— Для нас важно.
— Марк…
Я замер, услышав своё имя, произнесённое тем самым тоном — усталым, укоризненным и до боли знакомым.
— Сима? — выдохнул Эммет.
Она закрыла глаза. Несколько мгновений сидела неподвижно, а потом тихо ответила:
— Керосин. Ты плеснул в огонь керосин, а потом оба убеждали меня, что кухня и раньше была закопчённой.
Эммет медленно поднялся из-за стола.
— Это действительно ты.
Серафима посмотрела на нас. В её глазах уже стояли слёзы.
— Я не хотела, чтобы вы узнали вот так.
— В смысле — вот так? — переспросил Эммет. — Ты вообще не хотела, чтобы мы узнали?
— Хотела, — призналась Серафима. — Но не так быстро.
Я некоторое время молча смотрел на неё.
— Мы тоже не сразу тебя узнали. Но твой запах почувствовали ещё при первой встрече, возле фонтана.
Сима удивлённо подняла глаза.
— Поэтому вы тогда остановились?