Пленник продолжал дергаться, когда к нему подошел еще один, уже третий противник. Этот был выше остальных, да и броня выглядела куда массивней. Он остановился рядом, привлек к себе внимание. Видимо, заговорил с инструктором. И ответы последнего ему явно не понравились. Он быстро подбежал к пленнику и попытался снять защитную личину шлема. Не получилось. Тогда незнакомец достал небольшую трость, висевшую у него на ножной разгрузке, и активировал ее. Навершие этой «палки» засияло оранжевым пламенем. Это было похоже на усиленный многократно газовый резак. Он упер его в шею инструктора.

Сорок Седьмой слышал крики. Не сказать, что парень привязался к мастерам-инструкторам, но они были единственными, кто их учил. Единственными взрослыми на этом ледяном куске земли. Это оружие легко плавило доспехи инструктора, а вместе с ними и его плоть. Даже на расстоянии, парень слышал, как крик превратился в нечеловеческий визг, а потом резко оборвался и в снег, у ног пленника, упала его отрезанная голова.

Кем бы ни был этот враг, что бы он не хотел, но попадаться им в плен нельзя ни в каком случае. Сорок Седьмой развернулся и побежал назад к зданию карцера. Нужно забирать друзей и убегать. Прятаться где-то в сугробах, пока враги не уйдут.

Он переволновался. Потерял самообладание. Для Сорок Седьмого это было не свойственно, но сложно обвинять пятнадцатилетнего паренька в отсутствии хладнокровия, после всего увиденного им сегодня. Слишком широко, слишком поспешно он открыл двери, уже в процессе вспомнив, что уходя, оставлял их открытыми. Волна холода прошла по венам, когда Сорок Седьмой увидел четыре фигуры, закованные в ту самую «красивую» черную броню.

Двое тащили едва шевелившегося Шестидесятого. Они остановились на середине коридора, глядя на Сорок Седьмого. Еще двое пытались утихомирить Тридцать Четвертого, отвешивая по лицу вялые, но весомые оплеухи. Они замерли в один момент, когда Сорок Седьмой распахнул дверь. Пусть их шлемы не имели ни визоров, ни личин, а лишь сплошное гладкое покрытие, парень чувствовал, как на нем скрестились все взгляды.

— Братик, извини… Я не хотел... Не хочу ум… умир… - Тридцать Четвертый плакал. Его била мелкая дрожь. Он выглядел настолько жалко, что даже державший его незнакомец, ослабил хватку. Этого было достаточно. Парень подскочил и налетел плечом на врага. Настолько разительный переход выбил всех из колеи. Они замешкались. Этого хватило, чтобы Тридцать Четвертый сорвал с поясной разгрузки врага поблескивающий стальной шар и активировал его.

Что тут скажешь. Нормальное вооружение так и делают, чтобы, даже не держав его в руках ранее, человек догадался как использовать вещь интуитивно. Большая красная кнопка в центре шара – что может быть более интуитивным? Парень нажал ее и отпустил. Тридцать Четвертый улыбнулся, глядя на брата: