— Нет, от этого кое-что меняется. Теперь, зная о вашем плане, можно действовать, не боясь сотворить глупость и попасться в какую-нибудь ловушку.
И не прошло и пары секунд после моих слов, как к ограждению на втором этаже одна женщина-слуга подвела Алису, что пытается сопротивляться, пока её руки связаны за спиной, на ушах наушники, а на глазах — повязка.
— Она тут, — произнесла женщина-слуга, удерживая её и смотря на меня.
Я в ответ лишь кивнул.
А Эрик, подняв голову и посмотрев туда, сразу же закричал:
— Какого хрена⁈ Почему она, блять, тут, а не в той комнате⁈ Кто отдал этот приказ⁈
Но ответа он не услышал.
Вместо этого увидел, как один из слуг, стоящий слева от меня, одним взмахом обезглавил другого слугу чем-то похожим на алебарду. И пока голова падала, а из обрубленной шеи струилась кровь, возникла полная тишина — никто, кроме меня, не понимал, что происходит.
И это был не единичный случай: стоило отрубленной голове удариться об землю, как в это же мгновение подобное начало происходить по всему складу — слуги убивали друг друга, а если убить сразу не выходило, то начинали меж собой сражение до смерти. Но не всегда даже после смерти своего оппонента всё заканчивалось — некоторые продолжали сражаться и нападать на других, даже уже убив несколько своих.
— ЧТО, БЛЯТЬ, ПРОИСХОДИТ⁈ — выкрикнул в мою сторону Эрик. — ЧТО ТЫ, НАХУЙ, СДЕЛАЛ⁈
— По всей видимости, заключил сделку с дьяволом, — флегматично ответил я, с пугающим безразличием наблюдая за происходящей резнёй вокруг.
— О ЧËМ ТЫ ГОВ… — направился он ко мне, но… — КХА-а-А-А!!! — его грудь насквозь пробило копьё.
Он попытался обернуться, но не смог — его тело обмякло и он потерял сознание на полпути. И уже вскоре после этого вся резня закончилась: в живых остался лишь я, Алиса, стоящая рядом со мной и продолжающая пытаться отбиваться, и шокированный, дрожащий Брайн Картер, находящийся напротив меня.
Ну и конечно же, сам безжалостный убийца — мужчина лет сорока пяти, чьи глаза темнее любой ночи.
— Прекрасное зрелище, — проговорил мужчина лет сорока пяти, с лёгкой улыбкой на лице осматривая десятки окровавленных трупов и отрубленных частей тела, разбросанных всюду. — Приятно видеть, как твои враги лежат у твоих ног в собственной крови. Не так ли, мой мальчик?
— Что с камерами? — проигнорировав его вопрос, удерживая Алису, спросил я.
— Разумеется, сломаны. Все до единой. Ещё до того, как началась эта чудесная схватка.
«Схватка»? Он эту одностороннюю бойню называет «схваткой»?
— Понятно. Тогда на этом твоя часть уговора выполнена.