Работа шла идеально, Сергеевич чувствовал себя лазерной указкой — навелся на преступников и тут же прилетели самообороновцы и всех отмудохали. Но ближе он был скорее к папарацци, так раньше называли блогеров, которые суют свой нос с планшетом, куда ни следует. А у людей потом проблемы.
" Вы проблема, я — решение", — вдруг подумалось Сергеичу, — а ничего так сегодня заработок. Пора бы и о личном подумать. "
Рабочий день подошел к концу, желаемая норма шагов пройдена и на браслет больше не поступает заданий. А дом Бормана совсем рядом, буквально в трех кварталах. Сергеевич прощупал рюкзак, убедившись, что не забыл захватить маску и зашагал к цели.
Вытерев руку о штаны Сергеевич прислушался не ходит ли рядом тот, кто выложил эту жидкую кучу. Не слышно, может затаился. В браслете есть встроенный фонарь, Сергеевич попробовал нажать и отдернул пальцы, порезавшись об острый угол. Браслет еле засветился, как из последних сил. Неудивительно, он разбит, раздавлен — хорошо, что не вместе с рукой. Хотя лучше бы руку опять, чем браслет, тем более она искусственная. Протез можно починить, а вот с браслетом будут проблемы. Сергеевич медленно ощупывает его и пальцами чувствует острые, рваные края разбитого экрана, чувствует распустившуюся как роза пластмассовую дыру с лепестками в разные стороны. Чувствует последнее биение браслета и видит, как свет медленно тает. А сверху на него капает… Кровь.- подумал Сергеевич и задрал голову вверх, рискуя удариться о цемент затылком. Он забыл про кровь, а теперь вспомнил, когда почувствовал соленый вкус в горле. Вместе с ней вернулись и боли в спине, там где появились синяки и боли в ногах. И кровь текла из носа непрерывным потоком. Мужчина, сидевший на корточках под домом номер 14, девяносто второго блока вдруг заплакал.
Он ждал его у квартиры. Поднялся на пролет выше и расположился там. Занял свой пост, но сначала позвонил в дверь.
— Кто там! — прошамкал старушечий голос. «Мама его» — понял Сергеевич и хотел даже передумать. Но не смог. Слишком долго охлаждалось это блюдо, чтобы сейчас не подать к столу.
— А Ивана можно?
— А кто спрашивает?
— А друг.
— А с работы?
— Так точно, — ответил Сергеевич, — так он дома или нет?
— А что его на работе нет? Он во вторую, сейчас приедет.
«Как же, работает он», — подумал Сергеевич.
— Ну я тогда здесь подожду.
— А вы кто?
В двери повернулся замок, бабка не могла разглядеть гостя в замочную скважину, потому что он ее заклеил жевательной резинкой и любопытство оказалось сильнее элементарной осторожности. Пока она медленно по стариковски проделывала все нужные операции Сергеевич быстро натянул маску противогаза, немного доработанную дома и сунув руку в проем двери с силой толкнул старуху. Прокачанный протез сделал все быстро и мощно, старуха даже не успела опомниться, когда холодная пятерня накрыла ей морду, закрывая свет и толкнула. Бабка упала на спину почти бесшумно, не успев охнуть, а Сергевич вошёл и быстро захлопнул дверь. Он не знал, что со старухой делать, поэтому тупо зацепился протезом за ворот и потащил тело по коридору. Бабка хрипела и пучила глаза, цветастый халат зажрался, открывая дурацкие подштанники. " Теперь мне точно нечего терять, — думал Сергеевич, осматривая квартиру, — нечего терять".