произойти, чтобы изначальная линия времени оставалась верной. Контролировать их мы можем лишь косвенно и до некоторой степени – подавать знаки, напоминать о чём-то, убеждать, подталкивать к чему-то, просить… Конечно, технически, мы можем многое. Сами понимаете – двадцать третий век, как-никак! Но не станем прямо принуждать, подчинять волю или как-либо вредить нашим агентам. Это было бы неэтично и негуманно. К тому же это могло бы дополнительно нарушить временную линию. Чего, как вы понимаете, нам совершенно не нужно... Что ещё вас интересует? - Как ваши агенты узнают друг друга? Как другие узнавали меня? В этот момент часы на левой руке Макситрия издали какой-то странный писк. Геннадий ещё в предыдущий день заметил их у главного по агентам, но значения не придал, т. к. выглядели они, как обычные смарт-часы из его времени. Макситрий несколько напряжённо улыбнулся: - Геннадий Петрович, прошу прощения, мне надо пройти процедуру. Подождите, пожалуйста! Недолго, всего одну минуту. Школьный учитель кивнул, а мужчина в сером пиджаке со вздохом подвесил кружку над столом, сказал часам «да», после чего часы пропищали ещё несколько раз, но в этот раз по-другому, более отрывисто. Затем главный по агентам зажмурился, сжал кулаки и подпрыгнул на кресле так, словно его ударили небольшим разрядом тока, после чего побледнел, часто задышал, и наконец вновь открыл глаза. То сжимая-разжимая левый кулак, то тряся кистью, он шумно выдохнул и наконец продолжил: - Вы скоро сами сможете узнавать других агентов, Геннадий Петрович. Если, конечно, согласитесь с нами работать, - после этих слов Макситрий Янович прищурился, и испытывающее посмотрел на Геннадия. Геннадий прищурился в ответ. На мгновение школьному учителю показалось, что они напоминают двух ковбоев на поединке, когда пальцы у обоих дрожат, готовясь в любую секунду выхватить кольт и пустить пулю прямо в грудь сопернику. С той лишь разницей, что кольтов у них при себе не было, а пальцы Макситрия дрожали после его загадочной «процедуры». «Интересно, что делают с ним часы? – мимолётно подумалось Геннадию, - током бьют, что ли?..». После чего его мозг снова вернулся к более важным вещам. - Если я соглашусь, - медленно, взвешивая каждое слово, произнёс учитель математики, - то в течение какого времени мне нужно будет выполнить ваши условия? Переехать обратно к маме, я имею в виду. И что произойдёт, если я откажусь? Главный по агентам влияния медленно снял очки, обнажив морщинки вокруг глаз и, смущенно усмехнувшись, потёр переносицу.