они звонят? Те, кто без чипов? - Им без устройств не обойтись. Кто-то пользуется очками или контактными линзами, а особые ценители старины пользуются такой устаревшей технологией, как умные телефоны… Ой, прости, если что! Я по урокам истории техники смутно помню, что ваше время – самый рассвет этих… как их там? Смартфонов! Но для нас это уже, конечно, прошлый век… - Позапрошлый, если быть точнее, - улыбнулся Геннадий, но улыбка сразу же сошла с его лица, - слушай, если честно, я просто места себе не нахожу! Всё думаю про то, что профессор сказал про мою Катерину. Почему он так уверенно сказал, что она жива? Надеюсь, не только потому, что имея надежду, я лучше справлюсь с вашим планом?.. - Конечно, нет! Дело вообще ни в плане. Твоя Катерина и её отец, наш Борька, живы, вероятность этого сто процентов. А который час? О, уже как раз доходит! Сейчас ты и сам в этом убедишься. - В чём? В том, что она жива?.. – не поверил своим ушам Геннадий. В ответ здоровяк наладчик согласно кивнул. - Грикита, мой приятель, кроме того, что работает у нас в ИВИПе системным администратором, так ещё и увлекается старинными вещами, а особенно, техникой: покупает устройства прошлого сломанными и потёртыми, чинит, доводит до ума в техническом плане. Заодно и внешне их реставрирует. Ну так вот, купил он себе месяц назад радио времён СССР, отремонтировал, восстановил, и давай по частотам скакать… - У вас всё ещё есть радиовещание?! - Конечно! Очень удобно, когда что-то делаешь, слушать в фоне… Ну, и вот – поймал он несколько дней назад одну очень странную волну. Вещал какой-то дед, говорил, что они с дочерью оказались одни в нашем городе, все люди куда-то подевались, поэтому им пришлось проникнуть на радиостанцию и выйти в эфир, в надежде, что хотя бы кто-нибудь их услышит. И каждый день, ровно в десять вечера они выходят в эфир. Грикита не сразу понял, что отец и дочь – это наш лаборант Борька и его взрослая дочь Катерина. А как только понял… - Я поговорила с Баразовым, он согласен, - возвращаясь на своё место, с торжествующим видом обратилась к Фёдору Богдановичу бывшая директор. - Отлично, пока всё идёт, как надо. Будем надеяться, так же пойдёт и дальше, – и Фёдор Богданович выплеснул в себя очередной «напёрсток» коньяка, - завтра воскресенье, а с послезавтра я тогда возьму отпуск, чтобы помогать Гене в процессе. Так, сейчас уже начнут… Один момент! И Фёдор Богданович со скоростью, которую трудно заподозрить в человеке его габаритов, куда-то умчался. Ничего не понимающий учитель двадцать