— Стену поставь у дальней стороны! Отсеки их от нор! — как и остальные наставница металась по всей пещере, в рукопашную проламывая неожиданно крепкую броню чудовищ. — Надо их задержать!!!

Отвечать я не стал, лишь прыжком ушёл от двух струй кислоты, выпущенных ржавоходами, приземлился на одного из них, ломая лапы, тут же ухватив за сочленение тушки, вздёрнул его вверх, закрываясь словно щитом от залпа острыми металлическими шипами, что твари метали лапами. И отшвырнув отслужившего своё таракана в два прыжка добрался до нужной точки. Конечно, можно было и отсюда накрыть, но приблизиться мне показалось проще. И не зря. Заметил несколько нор, точно не попавших бы в радиус действия чар. А так я поставил три стены пламени, с гарантией перекрывших минимум сорок процентов лазов ржавоходов, отрезая путь подкреплению. И наконец, сумел осмотреться.

Несмотря на неожиданность атаки дела у нашей команды были не так уж и плохи. Оно и понятно, я здесь считался самым слабым, если не по объёму ядра или навыкам сложения чар, то по опыту точно. Например, Дмитрий и Николай успевали не только вырезать всё что шевелится, но и прикрывать меня, не давая ржавоходам задавить меня массой. Наставница так и вовсе несла смерть и разрушение, вырезая муравьёв-переростков пачками.

Даже Астрид, сенсор нашей руки, и то чувствовала себя прекрасно. Молчаливая девушка двадцати пяти лет с шрамом на лице, тянущимся от левого виска через всю щёку, задевая кончик рта и уходящий на шею, от чего казалось, что она всегда ухмыляется, методично проламывала отливающие металлом в отблесках зелёного пламени панцири, кидала в получившееся отверстие совсем крошечный сгусток огня. Монстр делал два, максимум три шага и подыхал, а Астрид всё с той же ухмылкой переходила к следующему.

Да, ржавоходы были очень опасны. Крепкие панцири, выдающие их связь с планом Земли, а точнее аспектом Металла. Острые челюсти, способные одним укусом отрезать ногу даже неопытному чародею, не успевшему укрепить конечность живицей. Та же кислота, разъедающая даже камни. Но всего этого было маловато, чтобы остановить руку зеленоглазых бестий и вскоре количество ржавоходов начало стремительно снижаться.

Приятно было признать, что в этом была и моя заслуга. Жидкое пламя, гораздо эффективнее запечатывало норы, налипая на спешащее через них подкрепление, что в итоге оборачивалось натуральными заторами. Сгоревшие ржавоходы запечатывали проходы образуя естественные баррикады, а без пополнения рядов духам было невозможно противостоять опытным чародеям. И вскоре на поле боя произошёл перелом.