А вот в катакомбах людей уже не было. На самом деле они закончились ещё на втором ярусе канализации. Соваться вглубь дураков не было. Одно дело укрыться от мороза, переждать время, другое — сложить голову во тьме подземелья. А со светом тут были большие проблемы. Даже изредка встречающийся светящийся мох не спасал, к тому же он жался к берегам каналов, а вот сухие отнорки, пещеры, штольни и выборки оставались тёмными, словно нутро Уробороса. Так что даже чародеям, не владеющим специальными чарами сюда соваться, не стоило.

У нас такой проблемы не имелось, живица Бажовых при подаче в глаза позволяла прекрасно видеть в самой кромешной тьме. Правда это же немного демаскировало чародея, не заметить светящиеся зелёные глаза во мраке было сложно. Поэтому мы сразу натянули особые повязки, скрывающие сияние глаз, но при этом не мешающие нам всё видеть. Поэтому для большинства тварей, притаившихся во тьме, наши атаки становились изрядным сюрпризом. Это они привыкли быть здесь самыми ловкими охотниками, нападая из засады на ничего не подозревающих жертв. А по факту получали нож или шар огня в морду ещё до того, как решались на атаку.

Монстров хватало, однако, их было заметно меньше, чем в прошлый раз. Да и держались они настороженно и, скорее опасливо. Но попадались и помеченные уже знакомым мне именем «КЩ» с цифровым индексом. Вот эти атаковали почти сразу, даже в ущерб себе, но лишённые своего главного преимущества — незаметности, проигрывали, даже не успев напасть. Другое дело, что и сильных тварей среди них почти не было. Лишь пару раз мы натолкнулись на октоподлиса, странную тварь, состоящую, казалось, только из головы и длинных щупалец, усеянных мелкими когтями. Несмотря на внешний вид, данный дух относился скорее к плану металла, от чего пробить шкуру этой пакости было весьма непросто, а когти и клюв ценились у кудесников, но задерживаться мы не стали, быстро раздёргав внимание октоподлиса, после чего я выжег ему мозги «Мисахикой».А тушку бросили, правда я пометил место на карте Игниса, вдруг удастся вернуться за ней на обратной дороге.

Для себя я почти сразу определил максимальную глубину, на которую мы можем забраться в катакомбах. Особенно удобно было с картой Игниса, которую тот строил по пройденному маршруту. И через полчаса мы достигли этого самого максимума, но, как назло, источник сигнала оказался уже рядом. Нарушать слово, пусть и данное самому себе было неприлично, но… признаюсь честно, меня слишком уж увлекла погоня за этим самым неуловимым КЩ. Слишком много от него было проблем, чтобы отступить.