Сергеевич глубоко выдыхает, набирает воздух и заканчивает:

— Знаете я это к чему?

— Он всех будет мордовать, как Трефилов? — тыкает в меня большим пальцем рукавицы Вова.

— Да. С другой от тебя стороны сетки. Я на него ещё когда первый раз с тобой смотрел (когда ты в третьем раунде сдулся, и четвёртый сдал) — об этом подумал. Что были у Сани Трефилова эти же самые два момента: нокаутировать его не могли, хотя и в голову попадали, а темпа с плотностью боя никто больше двух раундов не выдерживал. При том, что во всём остальном он был — серая посредственность. Кроме воли к победе. А сейчас не три, а вообще четыре раунда — нам и карты в руки.

Мы готовимся к какому-то зональному турниру, на котором хотим переиграть команду института физкультуры. Те, пользуясь «объективностью» судейства и собственными связями с судьями — выходцами из инфиза — все равные бои всегда записывали за собой.

Сергеевич в этот раз почему-то занозился, решил что-то там выиграть. Хочет, чтоб в финале вообще никого из инфиза в нашем весе не было, что-то там кому-то доказать. Ставку делает на Вову. Я — запасная лошадь с другой стороны турнирной таблицы.

Турнир через полтора месяца, в сентябре, но Сергеевич сегодня требует от нас принципиальное согласие его поддержать; если согласны — начинаем готовиться. Говорит, жеребьёвку берёт на себя. Типа, встретимся мы в финале. Вова — и так фаворит в своей половине сетки, а неудобных для Вовы противников с другой стороны должен «вынести» я, типа я им буду ещё более неудобен.

Даже если проиграю до финала, как минимум очень их измотаю; но в меня он верит и верит, что дойду до финала. А раз мы согласны — как раз есть время подтянуть технику и тактику. Прогресс у меня и так семимильными шагами, а индивидуальные физические особенности такие, что «…тебе на этом уровне можно не бояться, тебя в ринге не убьют».

Сейчас мы лихорадочно нарабатываем каждый своё: я — опыт и скорость «считывания» с Вовой, Вова — «здоровье» со мной.

Я не рвусь ни в чемпионы, ни в финалисты. Но Сергеевич очень просит. Да и возможность быстрой прокачки мне интересна, ибо весь предыдущий опыт там наглядно показывает: чтоб исправить ошибки общества, нужно соответствовать своим потенциалом параметрам задачи. Значит, буду растить потенциал.

Со времени выписки деда, я был у Сергея Владимирович Стеклова, заведующего отделением, где дед лежал в больнице, уже несколько раз. Периодически у него всплывает пациент, по которому он просит уточнить ситуацию с точки зрения моей проекции.

Недавно был спор, почти конфликт: он первый раз просил срочно приехать, а я чистил новый лексус по срочному тарифу. Он сказал, что на обследование без меня уйдёт до суток. Случай такой, что я за секунду могу сказать, есть где-то в органе паразит или нет. Работы для меня ровно на пять минут. А пациенту это может помочь принципиально.