— Лен, она же права, — говорю, осторожно отхлёбывая свеженалитый чай из чашки. — Ты что, правда считаешь иначе?
— Да не считаю! — резко меняет курс Лена. — Но должна же я была повыделываться!
— Ты смотри, как ты на неё благотворно влияешь, — удивлённо вздёргивает брови на лоб Аселя. — Смена курса на сто восемьдесят градусов в течение минуты. Даже секунды.
Она вдруг оступается, вскрикивает, взмахивает чашкой с чаем, щедро поливая веером всех троих.
— Хорошо, уже остыл и не кипяток, — говорю, аккуратно ставя свою чашку на блюдце и стаскивая мокрую рубашку. — А Вовика где потеряли?
— Он же охранником в ночном клубе. На смену пошёл. — Сообщает Аселя. — Его товарищ по армии устроил.
Ух ты, а я и не знал…
— Как вы себе видите этот ужин? — спрашиваю. — Не то чтоб я очень волновался, но это, как я понимаю, чуть не единственный вариант? Если и не превратить всё в идиллию, то, по крайней мере, вернуть хоть в какое-то управляемое состояние? Не хотелось бы наделать ошибок. И всё перепортить.
— Главное, чтоб батя начал пить.- Задумчиво говорит Лена. — Это — половина успеха.
— Главное — чтоб ребята понравились маме! — Возражает Асель.
— Что нужно, чтоб понравиться маме? — обращаюсь к Аселе. — Логично проработать и то, и то.
— Три вещи, — не задумывается Асель. — Хороший кабак. Одежда. Манеры.
— Пожалуй. — Кивает Лена.
— Кабак выберете? А то я не знаток.
— Да. — Говорит Лена.
— Пойдёмте разбираться с одеждой? — Зову их за собой к своему шкафу.
— У тебя есть костюмы, рубашки, и галстуки? — Спрашивает Асель.
— Да, родители шлют оттуда. — Открываю нужную секцию. — А что нужно, чтоб батя начал пить? — обращаюсь к Лене.
— Да чтоб было приятное место — это беру на себя. Хорошая кухня там — тоже беру на себя. И чтоб хотя бы кто-то из вас двоих ему понравился.
— Вот тут, возможно, я смогу повлиять…- бормочу.
Частота гнева очень отличается от частоты спокойствия. По крайней мере, я их отличать уже научился.
Девочки минут пятнадцать перебирают все мои костюмы, заставляя меня перемеря́ть всё, что есть в шкафу. Потом долго спорят по поводу рубашек.
Итогом мозгового штурма становятся отложенные в сторону белый и бежевый летние костюмы, пара рубашек, и две пары туфель.
— Саш, это Вове дашь надеть на один раз? — спрашивает Асель, указывая на белый костюм.
— Да без проблем, если надо.
— Надо, мы у него были дома… в общем, ему нечего надеть на такой ужин… — явно стесняется Асель.
— Ух ты… Надо ему тогда, если не побрезгует, отдать вообще половину моих вещей: я ещё расту. И выросту. А он, судя по всему, уже вряд ли.