— Господин лейтенант, — взяв себя в руки, обратился Ланге к русскому контрразведчику. — Или правильнее называть вас капитаном? Я ведь не ошибаюсь, ваше звание соответствует именно армейскому капитану?

— Допустим, — пожал плечами тот, решительно отстраняя товарища назад: — Охолонись, разведка, никуда этот гад от тебя не денется! Только по закону все нужно провести, а не так, бойцы ж смотрят. Мы не махновцы какие, а воинское подразделение! Остынь, сказал, мститель народный! Вот приговор по законам военного времени выпишем, тогда и исполнишь.

— Хорошо, Михалыч, — тяжело дыша, десантник убрал штык. — Кстати, гляди, обделался фриц-то.

— Скройся с глаз, душевно прошу, — прошипел Батищев. — Не видишь, разговор у меня, важный? Ты все равно по-ихнему не разумеешь, так что и незачем мне в затылок сопеть. И девушку уведи.

— Вообще-то перевод и в гарнитуре идет, но ладно, валяй, допрашивай. Ушел.

— Продолжим, герр Ланге. Вы что-то хотели мне сообщить?

— Да, хотел, — наморщив нос, Рудольф вновь покосился на гауптмана. Похоже, от страха бравый победитель женщин опозорился прямо в галифе, причем сразу по-большому. — Но мне хотелось бы поговорить наедине. Это важно для нас обоих.

— Можно, — согласился Батищев. — Степанов, на месте! На месте, сказано! Борисов, уведи пленного к нашим. Глаз не спускать… и не подпускать к нему никого, особенно Леху.

— Продолжайте, майор, я внимательно слушаю.

— Господин капитан, вы должны знать — я оказался здесь вовсе не случайно! Сопоставив все известные факты, я пришел к выводу, что попавший в мои руки прибор, который сейчас уже наверняка у вас, не может быть произведен ни в одной стране мира! Я видел необъяснимые разрушения, произведенные неким странным оружием. Которое, как я тоже твердо убежден, — Рудольф сделал паузу, набирая в грудь воздух и готовясь произнести главные слова. Ну, сейчас — или никогда: — НЕ ИЗ ЭТОГО МИРА! Или как минимум не из ЭТОГО ВРЕМЕНИ! Поэтому я решился отправиться на ваши — именно ваши и ваших товарищей, которые пока где-то скрываются, — поиски! Я хотел вернуть вам то, что лишь по случайности оказалось в моих руках. И что наверняка представляет для вас серьезную ценность. К сожалению, этот, гм, предмет отобрали при обыске, но… вы ведь поняли, о чем я? Я говорю о…

— Я все прекрасно понял, не стоит об этом, тем более так громко, — резко оборвал абверовца Батищев, незаметно оглядевшись. Нет, все в порядке — майор-штабист уже ушел вместе с выполнявшим роль конвоира бойцом, а больше никого незнакомого рядом не было.

И добавил с искренним удивлением в голосе: