Многие рыцари могут не достичь всеми признанного высшим уровня мастерства владения мечом за всю жизнь. Только те, кому это удалось, могут претендовать на высокие должности в орденах.
Например, на звание капитана. Пожалуй, все. Да, кажется, главой ордена рыцарей может стать только подчинивший себе «глас сердца» как любят называть эфир некоторые ученые-романтики.
Однако, высвобождать силу такого формата я не собираюсь. Точно не на глазах у стольких людей. Подобная слава ни к чему. Кто знает, какими будут последствия. Перерождение не затронуло мои способности, пускай какой-то доли мышечной массы для большей стабильности телу и не хватает. В отличии от моего соперника.
Эйдж в будущем оброс мускулами поболее нынешнего, но надо сказать, и сейчас мой соперник довольно силен и баланс поддерживает прекрасно. Что ж, у мужчин биологическое преимущество.
Очередная попытка достать его лезвием тупого клинка терпит крах. По лбу катятся крупные капли пота. Выдыхаю и крепче сжимаю рукоять меча. Не распаляться, Вивиан. Сохранять спокойствие сердца.
Тому, кто познал всю прелесть мощи эфира, сложно удержаться потом от искушения прибегнуть к ней снова. Зачем загонять себя, когда есть простой и быстрый, к тому же действенный способ поквитаться с врагом? Большая часть моего контроля уходит на то, чтобы подавить ставший давно привычным инстинкт.
Однако, имитация боя все сильнее выводит меня из равновесия и изматывает без того работающее на пределе возможного тело. Завтра, скорее всего, с постели не смогу сползти.
Наконец, вымотав врага, настает черед Эйджа вырваться в наступление. Четкими движениями он теснит меня к краю круга.
Щурюсь, подмечая все его слабые места. Со стороны неделю назад, в их с Роялом поединке, казалось, что Эштон их практически не имеет. Однако, то, что не замечала семнадцатилетняя версия меня, нынешняя я вижу невооруженным взглядом.
… Сжимаю губы, не слишком ли агрессивно он атакует? Погодите, как-то слабовато…Чересчур очевидно он нацелен на мое правое запястье.
Уголки губ напрягаются, чтобы не расползтись ненароком в усмешке.
Малыш! Ты слишком стараешься! Слишком!
Может, против какого-нибудь проходимца с кличкой Портки это бы сработало, но против реально сильного соперника однозначно нет. Боюсь, в будущем Эша ждет разочарование. В первый же настоящий бой. Что ж, мастерство закаляется только тогда, когда собственная жизнь находится под угрозой. Через это все мы, рыцари, проходим.
Подставляюсь под замысловатый, но вместе с тем слишком самоуверенный маневр Эйджа: выбитый из моей согнутой под неправильным углом правой руки учебный клинок падает на песок и практически одновременно в паре сантиметров у шеи замирает на весу лезвие меча в вытянутой вперед руке противника.