Выбравшись наружу, Сергий огляделся. До моста было несколько метров. Допрыгнуть практически нереально. По верхней палубе уже бежали занимать огневые позиции солдаты. А впереди виднелось холодное охотское море и далекая платформа Тихоокеанской Международной Исследовательской Лаборатории Наномашин. Сергий улыбнулся внезапно появившейся идее.
— Чего застрял? — Вскрикнула Ксю, появляясь снаружи. — Куда дальше?
— Плавать любишь? — Спросил он, улыбаясь, и осматривая борт.
— Ты с ума сошел? — Удивилась девушка глядя то на него, то на море. — Мы же разобьемся, если с такой высоты прыгнем. А даже если не разобьемся, то замерзнем в море!
— Нет, если делать все по уму. — Он схватил с борта притороченный спасательный плот и дернул за ручку экстренного раскрытия. Оранжевый шар упал на воду, оставляя за собой тонкую веревку с восемью карабинами, и надуваясь прямо в полете. — Быстро на борт!
Подавая пример, он первым взял карабин и спрыгнул вниз. Толстая пластиковая ручка-лямка, надежно удерживала его руку, а схема крепления веревки через ось позволяла спускаться быстро и при этом не падать. Он был у воды спустя десяток секунд, Ксю приземлилась почти сразу за ним. Сергий отцепил крепление спасательного троса от плота и взялся за весла.
— Теперь все зависит от того, насколько быстро мы сможем грести. — Пробормотал он, налегая на рукояти. — Хоть и темно, но мы отличная мишень.
— Куда мы плывем? — Спросила Ксю, усаживаясь к нему спиной.
— Просто греби, сначала под мост, в тень свай. — Ответил он, превозмогая боль в открывающихся ранах по всему телу, и раз за разом поднимая весла. — А потом разберемся.
Лодка очень медленно двигалась в нужном направлении, но они успели скрыться за толстой бетонной сваей за несколько мгновений до того, как по ним открыли огонь автоматчики.
— Знаешь, как приятно чувствовать себя живым, когда еще пару минут назад ты был все равно, что мертв? — Спросил Сергий у Ксю. Девушка недоуменно повернулась к нему. — Нет, нет. Не отвлекайся, греби.
Тело болело, он чувствовал, как при каждом усилии трещат под повязками швы на старых и новых ранах, вновь сминаются ребра. Но лучше быть на свободе со сломанными костями, чем в клетке подопытной крысой, сколь бы эта крыса ни была здорова и откормлена. Так что теперь он чувствовал себя почти счастливым. Осталась самая малость: сохранить эту свободу и не умереть.
— Ты так и не сказал, куда мы гребем. — Произнесла девушка, не оборачиваясь. — А я, даже после того, как мы лодку нашли, твоему чутью не доверяю, лучше объяснись.
— Тут все просто: мы плывем туда, где все началось, чтобы оно началось снова. — Усмехнулся он.