— Ты хочешь сказать, что прорывы были нужны только для того, чтобы возник Штаб по борьбе с прорывами?

Аля мотает головой — шарфик слетает, обнажив растрепанную, как обычно, голову. К чему вообще эта игра в благочестие, это же музей, не действующий храм…

— Слишком сложно, не правда ли? Присосаться к бюджету можно и без таких спецэффектов. Больше похоже на обкатку технологии. Тут уже достаточно удобно держать руку на пульсе борьбы с этой обкаткой. И следить, чтобы поступающая противнику информация только уводила его от понимания сути технологии.

— Но ты-то у нас умница-разумница, тебя на кривой козе не объедешь? Ты проникла в суть?

Аля усмехается краешком рта:

— Вот честное слово, лесть и интриги — не твое это, Саня… Я с некоторой долей вероятности могу предположить, в чем заключается ядро технологии, которую Кукловод обкатывал, одновременно старательно отводя нам глаза.

— Коротко и простыми словами. Не забывай, с простым, как валенок, выходцем из пролетарского квартала разговариваешь.

— Кокетство — в еще большей степени не твое… Я не буду закапываться в духовные практики, тем более что это довольно узкое и специфическое их применение. Грубо говоря, человек должен осознать иллюзорность собственной личности, ощутить себя совокупностью сиюминутных физиологических процессов. Что-то подобное делают буддийские монахи, но там совсем другие цели… В момент, когда нет осознания себя как личности, нет и ограничений, которыми определяются границы Дара. Потом психика латает дыры и что-то куда-то проецирует — совсем без личности могут жить буддийские праведники, но никак не обычные люди. Однако ограничения больше нет, Дар работает по площадям.

— И ради этого обязательно похищать людей и измываться над ними?

— В том-то и дело, что нет. Такое может происходить даже самопроизвольно — как было с женщиной, которую ты знаешь как Лору. Но это редчайшее совпадение — звезды сошлись, как говорится. Для предсказуемого результата люди должны знать, на что идут, и осознанно согласиться на это. Иметь мотивацию, цель. Либо их надо долго и жестоко до этого доводить. Эти похищенные бедолаги… если бы мы кого-то из них взяли живьем, что они могли бы нам рассказать? Что их обманом заставили пройти мимо камер, стукнули по голове, куда-то отвезли, где-то заперли, мучили голодом и холодом и внушали им через динамики непонятное, пока они не поехали кукухой. Ни эти несчастные, ни наркоманы, которые за ними присматривали, не сообщили бы нам ничего, что могло бы указать на Кукловода и его настоящие цели.

— Значит, у него могут быть и другие… марионетки? Даже скорее сообщники?