Я усмехнулся.
— Ну-ка. Интересно послушать, — сказал я.
— Рутгор считает, что ты где-то узнал секреты магии крови, — проскрипел Зутбог, который отпустил своего помощника отдыхать и теперь сидел на бревне рядом со своей корзиной, держась за её край. — А мы с Гарулом считаем, что это был призыв духов, которые и связали нас всех воедино.
— Пожалуй, надо было и вас предупредить, — хмыкнул я.
— Всё прошло хорошо, великий хан. Я давно знал, что у тебя есть способности, — успокоил меня Гарул.
— Духи были здесь, я их тоже чувствовал! — заявил Рутгор. — Но это была магия крови! И ничто иное!
— Это плохо? — спросил я.
Шаман Ледяных Огней замялся, задумался.
— Нет, — сказал он.
— Можете считать, что это было и то, и другое одновременно, — сказал я. — В конце концов, и духов я призывал в свидетели, и кровь использовал.
— Но так не делают, — произнёс Зутбог.
— Что мешает? — хмыкнул я.
— Так не принято… — пожал хрупкими плечами старик.
— Главное, что оно сработало, — сказал я. — А остальное не так важно. Мы теперь один народ.
Один народ, одно государство, один вождь. Орки везде будут орками, гонимыми отовсюду зеленокожими уродами, монстрами, и никакие договоры и дипломатия не будут работать, просто потому что никто не будет воспринимать нас как равных. Тем более высокомерные эльфы, которые и так с трудом мирятся с необходимостью жить в союзе.
— Скажи, Зутбог, откуда появился самый первый орк? — спросил вдруг я.
— Как это откуда? Из глины, степной травы и ветра, — произнёс он таким тоном, будто втолковывал это неразумному детёнышу.
— И его жена? — спросил я.
— Конечно!
— Ундзог, ты что, забыл вообще всё, чему я тебя учил? — вклинился в разговор слепой Гарул.
Этот его вопрос я проигнорировал.
— И это значит, что потом они родили всех остальных. И мы все происходим от одного корня, а значит, уже являемся братьями и сёстрами, — сделал вывод я. — Или это не так?
— Так, — подтвердил Зутбог.
— Так и есть, — хмыкнул Рутгор.
— Так и есть, — повторил я вслед за ним. — Я просто напомнил это всем.
Шаманы притихли, раздумывая над моими словами.
— Гоблины, — я показал на пляшущих вокруг костра коротышек. — Тоже наши дальние родичи. Младшие братья.
Рутгор скривился, Зутбог и Гарул усмехнулись. Даже шаманы подвержены шовинизму, что поделать. Будем это всеми силами искоренять, гоблины мне нужны, а дискриминация нет.
— Иначе откуда бы им знать наш язык? — спросил я. — Да и вообще, они просто хилые и мелкие, а так-то похожи на нас.
— Ну, может и так, — пожал плечами Рутгор.
Я пожелал шаманам удачи и отошёл прочь, перекусить чего-нибудь. Всё шло своим чередом, праздник гремел барабанами и разудалыми песнями, мерцал всполохами пламени и плескался реками пива. Благостное настроение, казалось, ничего не сможет омрачить, и я подошёл к одному из костров, на котором жарилась козлиная туша целиком, и отпластал себе ножом добрый шмат мяса с кровью. Раньше я любил прожаренный до состояния подошвы велл дан.