— Понятно, тащ проверяющий, — весело отозвался Стрельников. — Готовьте чернила для актов…

Когда «технадзор» ушёл, Геладзе собрал во дворе весь личный состав и коротко объявил:

— Завтра с утра закрываем месяц. Кому интересна цифирь, подходите в половину девятого…

Прийти на объект на полчаса раньше отказников не нашлось. Услышать, сколько получит бригада за восемь дней ноября, хотели все…

После работы Стрельников забежал в фотостудию. В понедельник она работала до восьми.

— Здравствуйте, Николай, — поприветствовал его Арон Моисеевич. — Ваши снимки готовы, можете забирать.

Николай расплатился, вынул фотографии из конверта. Две себе, две Барковой.

— По-моему, получилось неплохо, — сказал Арон Моисеевич.

— Неплохо, — кивнул Николай.

— Но чего-то, мне кажется… всё-таки не хватает, — вздохнул фотограф, уловив настроение гостя. — Вы прекрасно смотритесь вместе, и я, поверьте, старался, но… — развёл он руками. — А хотите, я покажу вам все варианты?

— Давайте.

Арон Моисеевич вынул из-под конторки целую стопку отпечатанных позитивов размером четыре на шесть и протянул Николаю. Тот внимательно их просмотрел и снова кивнул. Фотограф был прав. Из всех вариантов он выбрал действительно лучший. Но даже лучший из снимков оказался всего лишь хорошим, без искры, без страсти, без магнетизма. И это была не вина фотографа. Он выжал из композиции всё, что возможно. Но пара на снимке… они совершенно не сочетались. Просто мужчина и женщина, случайно попавшие в объектив…

Николай вернул «пробники» и повернулся к стене с рекламой.

— Скажите… а это фото, — указал он на фотографию, висящую рядом с его портретом. — Вы когда его сделали?

Арон Моисеевич вгляделся в снимок, задумался…

— Кажется, припоминаю… Да. В самом деле. Этот снимок я сделал… три года назад. Не то в феврале, не то в марте… Да-да. Точно. В феврале 56-го. Вообще говоря, история достаточно любопытная. И сразу скажу, эту девушку я не знаю. Ни как зовут, ни откуда…

— И даже квитанции не сохранилось?

— Молодой человек, — укоризненно покачал головой Арон Моисеевич. — Ну, какие такие квитанции через три года? Они давно уже в печке. Да и потом, никаких квитанций я ей тогда не выписывал.

— Как так? — удивился Стрельников.

— Не выписывал, потому что оплаты не было. Просто… вы понимаете, Николай. Когда она вошла ко мне в студию, я понял, что не имею права упускать этот шанс. Она не собиралась фотографироваться. На улице было холодно, она просто вошла погреться. Но я её всё-таки уговорил. И не взял с неё ни копейки. И даже сам предлагал заплатить, но она отказалась. Абсолютно фотогеничные лица, мой друг, встречаются достаточно редко. А абсолютно фотогеничные люди, вообще, уникальны. Я сделал всего десять кадров, и все они, абсолютно все оказались… ну, если не гениальными, то, как минимум, потрясающими…