И когда все торопятся встать передо мной, Ксейден всегда встает со мной плечо к плечу, зная, что я могу постоять за себя.
Но всего этого я не сказала. Зачем? Ксейдену плевать, что о нем думают другие, — значит, плевать и мне. Я просто продолжала лучиться жеманной улыбкой, словно восхищалась могучими людьми передо мной.
— Их драконы — пара, — добавила мама с убийственной улыбкой. — И из необходимости она весьма с ним сблизилась.
Из похоти, потребности, боли в груди, которой я боялась отказать, но ладно уж, сойдет и «необходимость».
— Превосходно. — Король Таури широко улыбнулся. — Хорошо, что за ним присматривает не кто-нибудь, а Сорренгейл. Уж сообщите, если он решит — ну, не знаю, — он рассмеялся. — Разжечь новую войну?
Мельгрен отлично знал неизбежный итог таких глупостей — и все же прожигал меня и Лиама пристальным взглядом.
Я напряглась всем телом:
— Смею вас уверить, он вам предан.
— А где же он? — король осмотрел двор. — Я просил, чтобы все были на месте, все меченые.
— Я видела его ранее, — я улыбнулась, не совсем соврав. Инструктаж и правда был ранее. — Наверное, держится немного в стороне. Он не большой любитель празднеств.
— О, глядите-ка! Даин Аэтос! — воскликнула мама, кивая кому-то за моим плечом. — Для него высокая честь услышать от вас доброе слово, — подсказала она королю.
— Ну конечно. — Все трое ушли, оставив меня и Лиама стоять в полном молчании — провожая их взглядом, чтобы ненароком не повернуться спиной к королю.
Казалось, будто я избежала верной смерти — или не меньше чем природной катастрофы.
— Я убью его за то, что он заставил тебя сюда прийти, — пробормотала я под нос, глядя, как Даин вышколенно приветствует короля.
— Ксейден меня не заставлял.
— Что? — я вскинула на него взгляд.
— Он ни о чем не просил. Никого не просил. Но я обещал тебя охранять — и вот охраняю. — Он криво улыбнулся.
— Ты хороший друг, Лиам Майри. — Я прижалась головой к его плечу.
— Ты спасла мне жизнь, Вайолет. Теперь меньшее, что я могу, — улыбаться как дурак и терпеть этот хренов праздник.
— А вот я не уверена, что могу улыбаться и терпеть.
Особенно из-за того, как часто люди поглядывают на его запястье, — будто он лично привел армию к нашей границе.
Даин улыбнулся вслед королю, затем оглянулся через плечо, поймал мой взгляд и направился к нам.
Он улыбался — и с легкостью вспомнилось, как часто за прошедшие годы мы посещали подобные мероприятия. Нежно коснулся моей щеки:
— Ты сегодня прекрасна, Ви.
— Спасибо, — я улыбнулась. — Ты и сам великолепен.
Опустив руку, он повернулся к Лиаму: