Такое место все же совсем не подходит для отражения атаки со всех сторон, если я дождусь здесь прибытия нескольких сотен степняков.

Первые атаки я отражу, но достаточно правильного пропагандистского эффекта не получу, да еще неминуемо лошадь потеряю. На нее нагружено довольно много всякого нужного мне добра, поэтому таскать его самостоятельно — не вариант для меня, особенно в том случае, если все-таки придется позиционно отступать.

Мне все же нужен настоящий высокий холм с обрывистыми краями, чтобы я сильно могуче и невероятно зловеще возвышался над грудами тел, а не скромно стоял где-то за ними, не особо различимый на таком кровавом фоне.

Здесь я оказался просто потому, что у меня случилась внезапная встреча с разъездом степняков, а вот сейчас появились возможность и свободное время, чтобы перебраться на более подходящее для устройства настоящего шоу место.

Вдоль дороги я ничего такого подходящего не помню, уезжать глубоко в нагорья нет никакого смысла, там все заросло лесом, подготовленную картину точно никто не сможет правильно рассмотреть. Мне же нужно именно поставленное по моим правилам и всем хорошо видное зрелище уничтожения всех, кто подвернулся под могучую мою длань.

Поэтому я немного углубляюсь в лес и качусь на лошади вдоль дороги, больше не желая ни бегать, ни суетиться.

Путь мой лежит к тому самому крутому берегу реки, где когда-то самым трагическим образом оборвалась моя молодая тогда жизнь.

«Ну, солидно более молодая, конечно, лет на двенадцать даже».

Хватит уже бегать и прятаться, все степняки должны лично ознакомиться с моей невероятной мощью и затрепетать всеми своими неразвитыми сознаниями! Страх и ужас — вот что они должны ощущать при виде меня!

Поэтому я проезжаю с пяток километров по лесу, замечая кое-какую суету в стане кочевников. Небольшие отряды носятся по дороге, все скачут в сторону случившейся схватки. Именно из-за меня началась вся подобная движуха или нет — я пока не знаю.

Да вообще наплевать, мне предстоит проехать пару километров через порядки степняков, чтобы занять козырную позицию на каменистом холме, возвышающемся над водой на все двадцать пять метров. Но не в самом его высоком месте, вершина холма лежит метров на сорок выше подступов к нему. Еще там вся земля хорошо каменистая, не придется обязательно искать каменные глыбы, чтобы устроить большие прорехи в плотных рядах степняков.

Миновав не видимые мне из-за леса останки трактира Сохатого и строения заброшенной Сторожки, я теперь нахожусь, примерно, конечно, прямо напротив обрыва, поэтому поворачиваю и выезжаю на дорогу.