По данной теме все маневры постоянно отслеживает Генс, так как я занят на допросах.

До обеда успели проверить следующий район, поэтому повозки развезли по оцеплению горячую пищу с кухни Гвардии, и зачистка продолжилась. К шести вечера, когда работники возвращаются домой и уже невозможно держать в неприкосновенности границы оцепления, почти половина города уже проверена, собрана куча подозрительного народа примерно в пять сотен человек.

Но и я не дремал все это время, из расчета пара минут на одного подозреваемого за десять часов непрерывного общения я опросил примерно двести пятьдесят человек. Примерно пятую часть отпустил, пятую приказал готовить к трюмам и сто пятьдесят жуликов мелкого пошиба уже приготовлены к принудительным работам.

Осталось опросить еще две с половиной сотни подозрительных мужиков, они под охраной расположены во дворах обоих Караулок в серьезной тесноте, поэтому придется мне до глубокой ночи проводить расследование.

Голос уже несколько раз срывался, хорошо, что лечить я могу себя сам. Зато в меня уже раз восемь кинули припрятанные ножи и кинжалы самые решительные бандиты, отбитые моим куполом. Уже знают, что корень их проблем заключается именно во мне, поэтому рискуют жизнью по приказам своих старших.

Когда ясно услышали, что назначены на корабль и поняли, что возврата обратно уже не будет.

Такие сразу же вырубаются безжалостно охраной и потом утаскиваются в подвал за ноги, но то, как ловко они умудряются припрятать оружие во время легкого обыска, вызывает у меня большое удивление.

Еще участь пятидесяти задержанных рассмотрена по существу и я отправляюсь отдыхать. Оставшиеся жулики будут спать сегодня сидя на своих задницах во дворах Караулок. Вечером всех даже кормят кашей из гвардейских кухонь, так как ложек и мисок у них нет, приходится глотать плотную кашу прямо из руки.

Прочесана самая бедная половина города, примерно с пять сотен жуликов и бандитов попали в мой невод, так что основная задача облавы уже почти выполнена.

Такое количество я могу определить более-менее точно, исходя из сложившейся пропорции виновных и невиновных.

Завтра я разберусь с оставшейся половиной, но оцепление будет выставлено снова, снова пойдут уже хорошо натренированные бригады ловить и выгонять на улицы опять всех подозрительных жильцов. Кто там смог вернуться после снятия ополчения или сразу получилось хорошо спрятался — не так важно, теперь уже прочесанную местность быстро проверят за несколько часов, а потом начнут осматривать более зажиточные районы города.

Во второй день в сито поиска попадется гораздо меньше преступников, но общий правильный посыл такой облавой уже задан. Ведь раньше те же ополченцы, когда спускались со стен и оставляли там свое оружие, из храбрых и сплоченных защитников города превращались в испуганных и разобщенных обычных горожан на улицах, жестко контролируемых местными бандами.