Знает старый проходимец, что я в Совете совсем новичок, а тут валяются старые и заслуженные его знакомые, поэтому он свой выбор сделал уже и явно, что не в мою пользу.

Смысла теперь размахивать перед ним моими бумагами с правом собственности нет никакого, не станет он их читать, так как понимает лучше меня, что требуется сделать сейчас для самого себя.

Чтобы прикрыть свою задницу и поэтому сразу же командует снимать веревки с достойных горожан:

— Держать в путах таких людей не положено! Кто приказал их связать?

— Я приказал, Капитан Ольг Прот! — уверенно заявляю я.

И опять он как-то пропускает мимо мое представление и звание, не спорит со мной, но и не прислушивается к моим словам, что клиенты больно буйные. Скользкий такой тип, был таким тогда, стал еще матерее за эти десять лет на своем неизменном посту заместителя начальника Стражи.

Стражники с радостью перерезают веревки на руках и ногах молодых Кройнцев, потом помогают тем спуститься с подводы. Ноги не держат сынков, а руки, то есть запястья, они яростно растирают, не сдерживая стонов от прилившей крови.

— Требую заключить под стражу этих людей-свиней! Как член Совета Капитанов! Как ваше имя, помощник начальника Стражи? — продолжаю я поднимать градус общения.

Он все же представляется, как помощник-советник Пулинс, но отвечает, что требование мое не правомерно, так как вина уважаемых горожан никем не установлена.

Этот момент мне хорошо понятен, чтобы не доложили ему подчиненные, виновников здесь и сейчас может назвать только он сам, а таким точно окажутся не дети Капитана Кройнца.

К ним он относится с должным пиететом, что мне очень хорошо видно.

Но, пока сынки восстанавливают кровоснабжение в своих членах, я уже раздраженно продолжаю требовать их заключения, как представитель высшей власти в городе, называя хулиганов всякими некрасивыми словами.

— Я ценю ваше мнение, Капитан Ольг Прот, но решение по данному делу, позвольте уж мне, приму сам, — вполне ожидаемо твердо отвечает мне Пулинс.

— Вы что? Будете спорить с моим приказом, советник-помощник Пулинс⁈ — уже ору я на него самым громким образом и тыкаю пальцем в братьев. — Этих собак в цепи в самый вонючий подвал! Чтобы запомнили, твари, как пасть разевать на господина Капитана! Чтобы срались и ссались под себя всю жизнь! Чтобы дерьмо из-под друг друга жрали и еще добавки просили!!!

Да, очень хорошо изображаю зарвавшегося Капитана, требующего явно выше своего уровня. Оскорбляю всякими словами пострадавших, чтобы они побыстрее выбрали нужное мне продолжение банкета.