Пустые страхи от ставшего уже хроническим переутомления… должно быть, тревожный голос дождя навевает их. Он не Видящий. Он не может знать грядущее наверняка.
И все-таки что же будет? Что ждет их всех впереди?
Времена менялись. Истекали последние мгновения тревожной эпохи Черного Солнца. Уже завтра в полуденном Бенну, а затем и в вечернем Ром-Белиате, в возрожденном храме Закатного Солнца, Учитель провозгласит начало новой эпохи, светлой эпохи Под Ликами Двух Солнц. Каково будет ее название на торжественном языке ли-ан? И какова будет ее роль в истории?
Жизнь сделала очередной крутой виток, и владетель Севера мог лишь гадать, в каком направлении она потечет и куда выведет их головокружительная спираль времени. Как и у всех прочих на Материке, у него не оставалось иного выбора, кроме как вступить в новую эпоху с надеждой.
Межвременье. Сезон, когда зерна прорастают
Радостно щебечут птицы. День сороковой от пробуждения Бенну. Цитадель Волчье Логово
*киноварью*
Рассветное небо было доверху наполнено чистым солнечным огнем. Восхитительное утро щедро заливало Красные покои теплым светом, проникающим внутрь сквозь многоцветные мозаичные окна. От мысли, что за ними больше нет запечатывающих наглухо барьеров, на сердце делалось легко и просторно.
Птица могла взмахнуть крыльями и улететь — если бы захотела.
Наконец настал тот день, которого все они ждали так долго — и почти отчаялись дождаться. Впрочем — Красный Феникс мысленно поправил сам себя, — если разобраться, не так уж и долго. Строго говоря, минуло всего-то сорок весенних дней… а кажется, будто с тех пор, как он вновь пришел в воплощенный земной мир, протекли годы или даже целые столетия. Должно быть, потому, что ему пришлось вспомнить и заново прожить все длинные дни своей первой непростой жизни, а за ними и краткие, но невыносимо мучительные дни второй.
Сегодня Элирий в последний раз принял свои лекарства, больше для успокоения трясущихся над ним учеников, чем по действительной необходимости. После освежающего спокойного сна он чувствовал себя превосходно: вызревшая лотосная кровь вернула ему несокрушимое здоровье небожителей. С него сдували пылинки и всячески проявляли заботу, ни на миг не оставляя одного. Яниэр был рядом с момента пробуждения и до окончания утренней трапезы, а сразу после ухода Первого ученика явился Элиар. Элирий принял его в помещении библиотеки, удобно устроившись в глубоком кресле.
— Мне приснилось, будто вчера вы отпустили мне грехи, мессир, — помедлив немного, изрек Второй ученик, церемонно преклонив колени и поцеловав ему руку. — Это был только сон?