— Я поведу их домой, — раздельно и кратко сказал его светлость мессир Элирий Лестер Лар. — Народ Совершенных не должен пребывать на чужбине, вдали от священной земли своих предков.
Повисла пауза. В полном безветрии белые цветы продолжали беззвучно осыпаться в туман.
— Это благая цель, — вынужден был признать Алейрэ. — Но не все так просто. За минувшие четыре столетних периода народы Невозжелавших и Совершенных, живя бок о бок друг с другом, постепенно сблизились и смешались. И с той, и с другой стороны почти не осталось изолированных семей, которые сохранили бы абсолютную чистоту крови. Таким образом, почти все они преступили главный закон Ром-Белиата.
— Я буду рассматривать это не как преступление, а как оздоровление крови Совершенных от более старшей и сильной крови первых потомков небожителей, — сдержанно пояснил Элирий, пока еще не зная, как реагировать на такие новости. Впрочем, изменить сложившееся положение вещей он все равно не мог, так что оставалось только признать его законным. — Если такова была воля небожителей, у меня тем более нет возражений: великое обновление богоизбранного народа, великое смешение священной крови есть благо. Народ Совершенных пережил нелегкие времена, утратил связь с прошлым, но не был уничтожен. Я приму всех, кто пожелает последовать за мной.
— Примешь или призовешь? — вновь очень мягко уточнил Алейрэ.
— Призову, — не раздумывая ни мгновения, торжественно провозгласил Красный Феникс. — Я призову верных исполнить давнюю клятву, как велит священный долг. Все они повязаны клятвой, повязаны кровью. Пусть же сила этой клятвы ведет их навстречу судьбе, какой бы она ни была.
Начиная выходить из себя, Элирий нетерпеливо дернул плечом. Он хотел уже закончить дававшийся неожиданно тяжело разговор и немедленно удалиться в покои, которые ему предложат. Ситуация сложилась крайне непростая, кроме того, нужно было наконец сменить промокшие одежды на сухие.
Некоторое время Алейрэ молчал, кажется, понимая все слишком хорошо. Проницательные циановые глаза его исполнились глубокой печали.
— Тот, кто привык лишь побеждать, в конце концов может быть крайне разочарован своей судьбой, — тихо проговорил наконец он, будто в сторону, и, приглашая следовать за собой, сделал вежливый жест рукой куда-то в белую пелену тумана.
Эпоха Черного Солнца. Год 359. Сезон зерновых дождей
Цветет желтая форзиция. День двадцать восьмой от пробуждения Леса Колыбели
*киноварью*
Вслед за Яниэром выйдя из пылающего пространственного перехода, его светлость мессир Элирий Лестер Лар поморщился от немедленно хлынувших отовсюду потоков горячего воздуха. О небожители, как же жарко, как жарко!.. После упоительной морской свежести Ром-Белиата жара обрушилась на них немилосердно, как тяжелый полог.