Весенние громы усиливаются. День двадцать шестой от пробуждения Ром-Белиат. Красная цитадель
*киноварью*
После разговора с Игнацием и Яниэром и особенно после внезапного явления Илиирэ, верховного божества Надмирья собственной персоной, его светлость мессир Элирий Лестер Лар еще долго размышлял над сложившейся ситуацией.
Неизвестно почему силы небесного и земного мира, будто сговорившись, требовали от него решения, которого он никак не мог найти. Элирий не успел еще толком припомнить даже свое прошлое, а от него уже ожидали, что он вот так запросто определит будущее целого Материка! Подобное никуда не годилось. Но кто он такой, чтобы спорить с великим Илиирэ, безраздельно владеющим вдобавок — спасибо глупому волчонку! — его душой.
Конечно, Илиирэ и прежде считался его богом и господином, но с одним нюансом: служение было добровольным. По праву рождения души Первородных имели свободу выбора. За них всегда шла серьезная борьба, и в дни Черного Лианора Денница сумел смутить и переманить на свою сторону многих достойных. Но для его светлости мессира Элирия Лестера Лара свобода закончилась: он был поднесен в дар, как какой-нибудь жертвенный агнец или срезанный сноп пшеницы. Теперь по одной своей прихоти Илиирэ сможет призвать его душу в любой момент, не дожидаясь смерти. Если что-то пойдет не так, если он сделает что-то, идущее вразрез с желаниями верховного божества, можно не сомневаться, чем это закончится. Каждый его вдох отныне зависит исключительно от милости Илиирэ, и это делало перспективы новой жизни его светлости мессира Элирия Лестера Лара все более туманными и призрачными.
Пресветлый владыка миров явился лично, не через видения или сны, не передав послание с вестовым или каким-то иным способом, а это значит, дело было чрезвычайной важности, как и возложенные на него новые обязательства. Разочаровывать Илиирэ ни в коем случае нельзя. Нужно попытаться найти выход, который удовлетворит верховное божество и, по возможности, обойдется меньшей кровью для всех них.
Вариант, который предлагал Игнаций, казался разумным и даже не слишком сложным в осуществлении. Но, несмотря на беды, которые учинил на Материке его непутевый ученик, к такому выходу душа Элирия не лежала. Он пробыл здесь слишком мало времени, чтобы однозначно убедиться в том, что другого варианта нет.
Беспрерывными раздумьями он почти довел себя до мигрени. Хвала небожителям, не напрасно: в конце концов в голову славящегося своей предусмотрительностью Красного Феникса пришла любопытная мысль, которую не помешает проверить, прежде чем делать окончательные выводы и принимать непоправимые решения. Что ж, если все получится, запланированное посещение Лесов Колыбели придется ненадолго отложить.