Учитель лениво повел глазами.
— Здесь, в ледниках и холодных снегах Ангу, Яниэр щедро почерпнул из своего природного источника, — негромко проронил он. — Опьянев от мощного прилива духовной энергии, он не смог должным образом ее контролировать. Рожденный в самом сердце зимы, Яниэр способен заимствовать ее силы, но для этого редкостного умения также требуется тренировка. Не все сразу. Ты должен простить своему старшему брату это мгновение слабости.
— Слушаюсь, мессир. — Элиар упрятал удивление в еще одном коротком поклоне. Каким непривычно мягким и терпеливым голосом Учитель просит его о снисхождении к своему любимцу! Неслыханное дело. Как будто чувства Элиара не были наставнику совершенно безразличны. — Я понимаю трудности Первого ученика и не держу обид.
Он хотел бы заметить, что Яниэр опьянел не только от нешуточного прилива энергии, но еще и от дрянной полынной настойки, разочарования и одиночества, но, разумеется, предусмотрительно смолчал. Учитель сказал свое слово. Дело ученика — внимать и повиноваться, а не сыпать в ответ колкостями. К тому же после объяснений наставника Элиар в полной мере осознал, насколько малой кровью они отделались. Если бы мастерства самоконтроля Яниэра оказалось недостаточно, от переизбытка энергии его могло бы настигнуть духовное искажение. Суровым испытанием было послать Яниэра на север одного, без покровительства и страховки старшего.
Несмотря на то, что Учитель всегда возвышал и опекал Первого ученика, в нужный час он без колебаний заставил его пройти трудным путем: преодолеть обрывы и заснеженные горные тропы Ангу, напитываясь их энергией, а затем в одиночку сражаться с природой своей северной силы. Учитывая открывшиеся обстоятельства, надо отдать Яниэру должное: он держался неплохо и доказал, что не зря все эти годы учился у Великого Иерофанта.
— Если мне позволительно будет высказаться, мессир, предположу, что организатора, а может быть, и непосредственного исполнителя убийства следует искать в Вечном городе Бенну.
По неизменно спокойному выражению лица Красного Феникса не было заметно, что тот удивлен или обеспокоен сказанным. Однако четко очерченные губы, сложившиеся в единую тонкую линию, немедленно сообщили Элиару, что настроение наставника очень далеко от безоблачного.
— Я склонен предполагать так же. — Учитель нехорошо сощурился, и расползшиеся было по зеркалу струйки иллюзорного алого пламени немедленно пропали. — Да… именно «предполагать», потому что никаких доказательств у нас нет, не так ли?
— Все верно, ваша светлость. — Элиар низко опустил голову. — Я виноват. Прощу прощения, ваша светлость.