Увы, сейчас перед Элиаром стояла иная цель, заниматься которой совсем не хотелось. Мысли витали далеко, отвлекая от поисков и не давая сосредоточиться. Грядущий неизбежный разговор с Учителем пугал.
Элиар непроизвольно поднял руку и коснулся сакрального солнечного узора на горле, который он, как и прежде, не имел права прятать от окружающих: сокрытие рабского клейма считалось преступлением. Печать Запертого Солнца, как и все печати, составленные лично Красным Фениксом, была тонким и продуманным до мелочей средством контроля. Ее следовало изучать в ордене, как эталон плетения духовных печатей, конечно, если бы Учитель захотел делиться секретами мастерства. Учитель не хотел, но за минувшие годы Элиар и сам немного разобрался в ее работе. Печать действовала на двух уровнях, физическом и ментальном, собирала нужные сведения и могла передавать их создателю. Кроме того, она чутко реагировала не только на действия, но также на бездействие и даже на смутно оформившиеся мысли, вышедшие из глубин сознания. Связанные печатью Запертого Солнца ученики Красного Феникса не принадлежали себе ни на йоту…
Однако где же Яргал спрятал чертову безделицу?
Делая пассы раскрытыми ладонями, чувствительными к пульсациям духовного цвета, Элиар уже успел считать информацию со всех предметов в сокровищнице. Ошибки быть не могло: артефакта, даже самого слабого и завалящего, здесь нет. Сегодня удача не на его стороне. Самое время возвращаться восвояси, но Элиар медлил, еще раз вспоминая сладкие, дрожащие нотки пиетета в обычно бесстрастном голосе Яниэра, когда тот говорил об артефакте. Первый ученик будет очень, очень расстроен, а расстраивать его не хотелось.
Элиар отрешился от сиюминутной реальности, привычным усилием приподнимаясь на самую поверхность духовного океана концентрации — впадать в более глубокий транс было не время и не место. А для простых задач достаточно и поверхностной фокусировки… Так и есть. Личные покои владетеля Ангу сейчас пусты. Не помешает для верности заглянуть и в них.
Подойдя к смежной стене, Красный Волк сосредоточился. И вот уже камень, металл и дерево текут и пляшут в его уверенных руках: материи кажутся эфемерными, недолговечными и иллюзорными, и только вездесущий, неразрушимый, не подверженный изменению воздух величественно заполняет собой все.
Наконец он на месте. Конечно, риск велик: если некстати объявившийся владетель Севера застанет незваного гостя в собственных покоях, ни о каком продолжении переговоров не пойдет и речи. Отвести Яргалу глаза он не сможет… придется вновь действовать по обстоятельствам.