Проклятье! Разве не известно Яниэру, что магические поединки запрещены? Позволительны только между старшими жрецами в час испытания: на территории Красного ордена, в обязательном присутствии комиссии наставников? Сама мысль о настоящем, реальном бое с соучеником казалась Элиару крамольной: это было нарушение закона. Вопиющее нарушение!
Иными словами, он оказался недопустимо наивным и беспечным.
Но что это за техника, что это за стихия? Великий жрец вдруг почувствовал себя новеньким учеником, впервые преступившим порог храма Закатного Солнца. Похоже на ментальный удар, только иной природы: воздействие распространялось не только — и не столько — на сознание.
Его словно окатили ледяной водой, и вода эта прошла насквозь, вымораживая изнутри.
Оцепенев, как схваченный внезапной ночной стужей поздний цветок, Элиар в мгновение ока утратил контроль над телом: помимо воли хозяина оно оседало на пол — неестественно медленно, словно во сне. Когда первый шок прошел, сосредоточившись, он попытался сопротивляться молниеносно настигшему его параличу, и пришло осознание происходящего. Взор Видящего прояснился: Элиар заметил в окружающем мире то, на что прежде не обращал внимания. Пространство вокруг пронизывали тонкие, меньше волоса, бесцветные нити странной энергии. Они переплетались и беспрерывно двигались, текли куда-то, словно узкие горные ручейки. За неуловимым движением было сложно уследить, но оно существовало: нити незаметно трепетали и с каждым мгновением изменялись, живя своею жизнью.
И вместе с ними менялся мир.
Приглядевшись пристальнее к незнакомой энергии, Элиар понял: нити не пронизывают пространство, оно состоит из них. Кажется, все сущее состоит из этой удивительной переменчивой энергии, переплетающейся так причудливо и каждый раз по-новому, что невозможно отыскать двух одинаковых форм и узоров. По мере того, как Видящий погружался в транс, краски вокруг бледнели: мир терял и привычные цвета, которые различают глаза простых смертных, и даже духовные цвета, которые различают глаза жрецов. Становилось ясно: в проявленном земном мире нет ничего сверх этой божественной энергии и все в мире — суть проявления ее. Предначальный огонь, дыхание высших небожителей и поныне наполняет их творение.
Полотно мира сияло: нити, из которых было оно сплетено, светились изнутри золотисто-алым пламенем, ярким, разгорающимся все сильнее. Сияние становилось нестерпимо. Внезапным озарением Элиара пронзила мысль: ведь и он сам состоит из той же энергии, и он часть высшей воли небес. Видящий, он достиг высокой ступени познания: стоит сделать только один шаг — и раствориться в божественном огне горнего мира, сбросить ставшие тесными оковы личности и расширить сознание до границ бесконечного…